Читаем Шотландец в Америке полностью

— Сегодня — да. И там, откуда я приехал, стрельбу в людей не одобряют.

— Мне понравилась бы Шотландия, — задумчиво заметила Габриэль.

— Но у нее было чертовски кровавое прошлое.

— А здесь у нас чертовски кровавое настоящее, — тихо возразила она.

— Да, но цивилизация придет и сюда. Это неизбежно. — При этих словах Дрю внимательно вгляделся в лицо Габриэль.

Горе омрачило ее взгляд, стерло с губ даже тень улыбки. Истинное горе. И недавнее. Девушка с трудом пыталась взять себя в руки.

— Кажется, тебя это разочаровывает? — наконец отозвалась она.

— Часто вместе с приходом цивилизации исчезает счастливый случай, — ответил он. — Вместе с порядком приходят жесткие правила.

— А ты не любишь жить по правилам?

— Не очень.

— И гоняешься за счастливым случаем?

— А разве не так поступает каждый мужчина и, — прибавил он, — каждая женщина?

Напряжение между ними все возрастало. Дрю едва сознавал, что говорит. Он не мог отвести от нее взгляд.

— И как далеко они могут зайти… в поисках… счастливого случая?

— А вот это хороший вопрос, — ответил Дрю, ладонью тронув ее подбородок. — Как далеко можешь зайти ты?

Габриэль облизнула пересохшие губы, взгляды их слились. Затем она резко отпрянула, словно ожегшись, и перевела взгляд на кольт.

— Так ты покажешь мне, как им пользоваться?

Она всегда меняла тему разговора, едва он приобретал слишком личный характер, — но на сей раз Дрю был твердо намерен этого не допустить.

— Ты не ответила на мой вопрос. Как далеко ты способна зайти, Габриэль?

Девушка упорно глядела на кольт.

— По-моему, ты самый обыкновенный жулик.

— Ого, — сказал он, — обижаешь. У меня и вправду маловато принципов — для этого я слишком много пью. Да, я искатель приключений, игрок, иногда — распутник, но я никогда не был шарлатаном или жуликом.

В глазах девушки загорелся явный интерес.

— Распутник?

— Первоклассный, — весело подтвердил он.

— А чем занимаются распутники?

— Ну, хорошо воспитанная молодая леди такие вопросы задавать не должна.

Габриэль окинула, взглядом свое одеяние.

— Неужели я похожа на хорошо воспитанную леди?

Шотландец фыркнул.

— Ты выглядишь очаровательно. И я подозреваю, что ты действительно леди.

Габриэль опустила глаза, нервно теребя кольт. Дрю, коснулся ее руки:

— Полегче с этой игрушкой. Мне моя бренная плоть дорога как память.

Девушка явно испугалась. Нет, она и вправду не любит оружие.

— Держи кольт покрепче, девушка, — продолжал Дрю. — И не балуй курком.

С минуту он молча смотрел на нее, потом сдернул е нее бесформенную шляпу.

— Так-то лучше, — и усмехнулся.

Габриэль хотела было выхватить шляпу, но Дрю проворно отшвырнул злосчастный предмет подальше и перехватил девушку.

— Не могу обнять тебя как следует, — пояснил он лениво, — проклятая шляпа мешает.

Габриэль потрясенно взглянула на Дрю, но, прежде чем успела что-либо возразить, шотландец обнял ее сзади и поднял ее руку с кольтом вверх.

— Надо же мне научить тебя тонкостям обращения с оружием, — пояснил он как ни в чем не бывало. Казалось, ему очень нравилось поддразнивать ее.

— Подумаешь, тонкости! — огрызнулась Габриэль. — Нажал на спусковой крючок, и вся недолга!

Он насмешливо фыркнул.

— А ты попробуй. Выбери цель.

Девушка оглянулась на него, и глаза ее опасно загорелись.

— Нет, я не себя имел в виду, — сказал Дрю, — да и пуль у тебя нет.

— Что, уж и помечтать нельзя?

— Ах, малышка, да ты просто злючка! — Дрю тоже огляделся, увидел шляпу — и злорадно ухмыльнулся.

Широкой ладонью он охватил запястье Габриэль, показывая, как правильно держать оружие.

— На курок нажимай легко и не вздумай палить сгоряча.

Убедившись, что Габриэль усвоила этот основной урок, Дрю зарядил кольт и подал его Габриэль.

— Теперь прицелься в шляпу и спусти курок. Медленно. Будь готова к отдаче.

Габриэль ответила негодующим взглядом:

— Стрелять в мою шляпу?!

Дрю пожал плечами.

— Ну, от одной пули хуже она не станет.

— Гм!

Девушка отвернулась от него и прицелилась. Дрю с трудом подавил смех. Как забавно она закусила нижнюю губу и сморщилась от напряжения! Прошла целая минута, он мог бы в этом поклясться, прежде чем Габриэль наконец нажала на спуск и все ее тело содрогнулось от отдачи. Пуля подняла облачко пыли в двух шагах слева от шляпы.

Дрю не обратил на промах внимания. Не это его занимало, а то, как задрожали руки девушки, и он внезапно понял, какого мужества от нее потребовал всего один выстрел. Ее отвращение к оружию объяснялось не просто неумением, не страхом перед вещью, несущей смерть, но иной, более серьезной и личной причиной, каким-то страшным опытом. Вот почему в ее глазах совсем недавно стыла такая мучительная боль…

Чувствуя, что вот-вот узнает ее тайну, Дрю обнял девушку.

— Габриэль, — начал он, снова поднимая выше ее руку с кольтом, — чего ты боишься? Обращайся с оружием аккуратно, и все будет в порядке. Держи его вот так…

И вдруг осекся, осознав, как она дрожит в его руках. Неужели от страха? Возможно. Или же ее обжигает тот же нестерпимый жар, что и его самого? Неужели Габриэль ощутила нежность и страсть, которую источает все его существо?