Читаем Шопинг в воздушном замке полностью

— Завтра отнесем заявление в загс, через месяц свадьба! — объявила Вера. — Сегодняшний вечер не только празднование дня рождения, но и помолвка. Павел мне кольцо подарил. Вот, старинное, его носила бабушка Паши.

— А у него была бабушка? — вдруг ухмыльнулась Светлана.

Стоявший по сию пору молча Константин дернул жену за руку.

— Сядем за стол, — коротко велел он, — я проголодался.

— Не вздумай наклюкаться! — вспыхнула супруга. — Имей в виду: нажрешься — домой не повезу.

— Да пошла ты… — протянул Константин.

Вера взяла его под руку и, поправляя алый бархатный палантин, попыталась погасить разгорающийся скандал.

— Костик, хочешь пирожок? Лика испекла с капустой! Лика, принесите, пожалуйста, пироги в столовую.

На секунду я растерялась. Потом сообразила, что Лика — это я, и кивнула:

— Сей момент.

Как праздник начнется, так он и пройдет. Через час я задумалась: ну что заставляет этих людей собираться за одним столом? Общей беседы не получилось. Исидор и Мотя, подняв по рюмке за счастье молодых, сели играть в шахматы. Светлана непрерывно шпыняла Константина, твердя:

— Прекрати пить! Хорош ханку жрать!

Ее супруг, несмотря на уже не юный возраст, очевидно, был в душе подростком, поэтому из духа противоречия вливал в себя спиртное бокалами. Когда Костю развезло, Вера отвела его в одну из гостевых комнат, а Светлана переключилась на свою дочь — тихую прыщавую девочку с круглым лицом, сидевшую с краю стола с книгой в руках.

— Васька! — рявкнула Света.

— Да, мама, — не отрываясь от тома, откликнулась та.

— Сядь прямо.

— Хорошо, мама.

— Выпрями спину.

— Да, мама.

— Не крути волосы.

— Хорошо, мама, — на автопилоте отвечала девочка, скорее всего, давно не обращавшая внимания на тычки Светы.

— Что ты читаешь?

— Да, мама, — привычно согласилась дочь.

— Васька! Посмотри на меня.

— Хорошо, мама.

— Чем ты так увлеклась? Что за книга?

— «История государства Российского».

— Где взяла?

— Сидя дал.

— Фу! В твоем возрасте надо думать о моде! Или о мальчиках!

— Да, мама.

— Сядь прямо! Васька!

— Как зовут девочку? — тихо спросила я у Клары.

— Василиса, — ответила любимая жена Григория. — Бедная детка! Она очень хорошая, умненькая, отлично учится. Да и Костя неплохой человек. Напивается он назло Свете. В их семье она деньги зарабатывает — владеет магазином, торгует книгами.

Я чуть не уронила чашку с чаем. Меньше всего крикливая мадам похожа на человека, который продает литературу, скорей уж ей подошло бы работать в тюрьме надзирателем.

Еще двое гостей — худенькая блондинка по имени Лена и полный парень Никита — были подчиненными Павла, они общались только между собой.

Притащив к столу очередной поднос с пирогами, я перевела дух и решила на секунду сгонять в свою спальню, чтобы воспользоваться дезодорантом. Похоже, Сидя боится сквозняков, все окна в громадной квартире были задраены, и я вульгарно вспотела.

Попшикав на себя из баллончика, потянула дверь за ручку, но не успела ее открыть, как услышала из коридора тихий мужской голос.

— Да, Ваня, да, конечно. Ванечка, не стоит беспокоиться. Предоставь дело мне. Как всегда, разрулю ситуацию. Ты же знаешь, папа способен на все.

В ту же секунду у меня в носу защекотало, я оглушительно чихнула. Чтобы не выглядеть человеком, который исподтишка подслушивает чужие разговоры, я быстро вышла из спальни и увидела Григория с мобильником в руке.

— Напугала вас? — улыбнулась я. — Простите, чихнула как медведь и помешала разговаривать.

— Никогда не видел чихающего Топтыгина, — засмеялся Селезнев. — И я даже рад, что беседа прекратилась. С работы беспокоили, вечно там что-нибудь случается, ни на минуту нельзя офис оставить.

— Лика! — крикнула из гостиной Вера. — Сделайте еще чаю!

Я метнулась на кухню и стала наливать в эмалированного монстра воду. В это время боковым зрением я увидела, как из коридора входит Вера, одетая в черное платье и ярко-алый бархатный палантин.

— Минут через пятнадцать закипит, — пообещала я, водружая раритет на огонь.

— Мне захотелось кофе, — вдруг не своим голосом произнесла Вера. — Вы не волнуйтесь, я сама сварю.

— Клара! — удивилась я, поняв, что у плиты находится жена Григория. — Но вы же были в синем шарфе!

— Гриша брызнул на меня духами, — сказала она и взяла турку.

— Помню, — кивнула я.

Клара стала насыпать в джезву молотую арабику.

— Муж такой ребячливый, — пустилась она в пояснения, — он сначала совершает поступок, а потом думает. У меня аллергия на некоторые запахи, в частности на ваниль.

— Сочувствую, — сказала я.

Клара поставила турку на слабое пламя.

— И на шарфе остались пятна от парфюма. Жаль, но они, наверное, не отстираются. А платье без рукавов, на плечи нужно что-нибудь набросить, я стесняюсь демонстрировать голые плечи.

— Я бы на вашем месте разозлилась!

Селезнева пожала плечами.