Читаем Шопинг с Санта Клаусом полностью

Привычку прицениваться к славным машинкам он выработал в процессе затянувшегося выбора идеального автомобиля для себя, в качестве которого никогда всерьез не рассматривались миниатюрные модели, подходящие лишь для юных девушек, бородатых гномов и лилипутов разного возраста и пола.

— Не особенно дорогая, — Ксения с трудом шевельнула побледневшими губами. — Но я купила ее в кредит и еще не полностью расплатилась…

Прозрачный намек бережливой девушки на то, что бесшабашный водитель эксплуатирует ее четырехколесного друга с риском для жизни последнего, цели не достиг. Вадик опасно подрезал туристический автобус, проскочил между фонарным столбом и афишной тумбой, прочертил борозду на травяном газоне, резко осадил машинку на пересечении двух улиц и хвастливо сказал, явно набиваясь на похвалу:

— Думаю, мы их опередили!

— Я в этом абсолютно уверена, — неодобрительно пролепетала переводчица.

Чтобы опередить стартовавший с пятиминутным отрывом белый «Вольво», Вадик уподобился молнии и прорезал квартал лихим зигзагом, напрочь поломав пару живых изгородей и бюргерские представления Ксении о нормах дорожного движения.

— Какой же русский не любит быстрой езды без правил! — хохотнул отчаянный гонщик. — Правильно, Ир?

— Кому не нравится — пускай отравится! — посоветовала та, выходя из маленькой машинки, точно Илья Муромец из вросшей в землю избушки: в ее пружинистой поступи угадывалась готовность проявить молодецкую удаль, а на лице явственно читалось желание обратить богатырскую силушку во вред врагам. — Ну, и где они?

Врагов не было видно.

— Я посмотрю сверху!

Вадик живо сориентировался и побежал к Рейхстагу.

— Скажите, пожалуйста, фрау Ира, — деликатно кашлянув, вежливо спросила благовоспитанная фройляйн переводчица. — Как вы планируете остановить машину похитителей?

— Как, как! — проворчала фрау, смутные задумки которой походили на четкий план блиц-крига не больше, чем картинка с папиросной пачки «Беломорканала» — на подробную карту-схему этого водно-ирригационного сооружения. — Как коня на скаку, вот как!

— Пулей? — ахнула Ксения, представления которой об остановленных на скаку конях сводились исключительно к батальным сценам из стихотворения «Бородино».

— Пуля — дура, штык — молодец! — уклончиво ответила Ирка.

Ни того ни другого у нее при себе не было, и вообще из средств технического оснащения имелся только подружкин фотоаппарат. Незадачливая воительница потянулась почесать в затылке и наткнулась на металлические валики бигуди. Взгляд ее сначала затуманился, потом просветлел.

— У тебя в сумке дезодорантика не найдется? — по-свойски спросила фрау Ира фройляйн Ксюшу.

Мужики у «Форда» перхали руганью все более осмысленно. Степа уловил первый матерный пассаж в свой адрес, но ввязываться в дискуссию не стал. Он спрятал в карман мобильник, снова пересек дорогу и прогулочным шагом двинулся по периметру квартала, занятого зданием Рейхстага. На ходу он оглянулся и увидел, что «Форд» уезжает.

Рядовой Красиков-младший шагал навстречу одностороннему уличному движению. Машины объезжали Рейхстаг по кольцу, и новое свидание одинокого пешехода с белым «Вольво» было неизбежно. Однако еще раньше Степа повстречал на своем пути другую интересную компанию автомобилистов.

Розовый «Фольксваген»-«жук», похожий на божью коровку, искупавшуюся в клубничном йогурте, растопырив дверцы-крылышки, присел правыми колесами на тротуар, а левыми — на дорогу. Неподалеку от кривобокого наземного насекомого, спиной к Степе, стояли две особы: молодая блондинка в аккуратном твидовом костюме и массивная рыжеволосая тетка в махровом халате. Рыжая распутывала свои сырые локоны, выдергивала из них крупные серебристые бигуди, похожие на снаряды для спортивного гранатометания, и роняла их в сложенные ковшиком ладошки блондинки так торопливо, словно спешила приготовить голову для встречи с подушкой: как будто в следующую минуту она сбросит на руки блондинки свой халат, скинет тапки и свернется уютным калачиком под одеялом, которого, впрочем, Степа нигде не видел. А вот стриптиз посмотреть он бы не отказался, поэтому не обеспокоил дам своим неожиданным выходом, а, наоборот, задержался в тени афишной тумбы.

Рыжая продолжала деловитое разминирование головы. Степа от нечего делать рассмотрел облепившие тумбу афиши-приглашения в планетарий, оглянулся на пустую улицу и размашистым почерком уличного графомана, с радостью повстречавшего на своем жизненном пути свежеокрашенный забор, начертал белым мелом по черной, в мелких звездочках, бумаге сакраментальное «Здесь был Красиков из Козедольска». Он еще хотел написать что-нибудь душевное про победу, но потерял мысль — ее спугнул мужской крик:

— Едет! Едет!