– Но его вытащим мы. Прощайте, месье Дубинин. Таким, как вы место только в тюрьме. Может она вас хоть немного исправит, остудит ваш горячий пыл.

Полицейские надели на руки Ивана наручники и вывели его из студии.

Камера крупным планом взяла Песочникова.

– Игра окончена. Никто не победил, но, может быть, это и есть победа; победа добродетели над пороком, победа правды над ложью, победа настоящей любви над притворством и приспособленчеством. Да никто из игроков не победил, но добро победило. Значит, наша передача была не напрасна. Значит, в ней был толк. Спасибо вам, дорогие телезрители, что вы были с нами до конца. Пока.

***

Около полуночи Лев своим ключом открыл дверь квартиры. В прихожей стояли отец, мать и брат. Лев вошёл, снял куртку, повесил её на крючок на вешалке, разулся, сел на пуф, вздохнул.

– Ты в порядке? – спросил отец.

– Угу.

– Есть хочешь? Чай?

– Нет.

– Тебя на кухне ждёт гость, а мы сейчас ложимся спать.

– Гость? Какой?

Растерянный Лев прошёл на кухню. За кухонным столом сидела Юля и вытирала носовым платком слёзы.

– Юля? Ты, что здесь делаешь?

– Не хочешь меня видеть?

– Почему же?

Лев сел за стол рядом с Юлей.

– Ты бросила мужа и Португалию?

– Нет, приехала на три дня к родителям. И к тебе.

– Я могу тебе чем-то помочь?

– Скажи, ты это всё сделал из-за меня?

– Нет.

– Врёшь.

– Действительно мне было плохо без тебя. Какое-то время. Потом я оказался в каком-то душевном кризисе, запутался в поисках самого себя. И тут поступило предложение от этого дурацкого шоу.

Лев усмехнулся и продолжил:

– Я сначала хотел отказаться от участия в игре, но подумав, согласился. Зачем? А так, ради куража. Я понял, что живу никчёмной жизнью. Я неудачник и бедняк, и мне не светит в будущем ничего хорошего. Я и играл-то сначала так – больше для вида, но потом увлёкся. На победу я даже не рассчитывал.

– Ты оказался очень тщеславным, как и все творческие люди.

– Думай, как хочешь. Как твоя личная жизнь? Как твой муж?

– Прекрасно. Он хороший человек, но мне сложно с ним – разница в возрасте и языковой барьер. И потом он хочет ребёнка, а я боюсь.

– Чего?

– Того, что это будет нечестно. Ведь я не люблю его.

– Все так живут. Чтобы было всё по любви с обеих сторон – это только в фильмах да книжках больше происходит. Это твоя жизнь, твой выбор.

– Ты меня уже совсем не любишь?

– Хватит, Юль, ворошить. Я неудачник, который приносит одни только беды тем, кто его любит. От меня нужно бежать, как можно дальше. Ты у нас заночуешь?

– Нет, поеду к своим. Сейчас такси вызову.

9

Экскаватор выкопал уже яму глубиной в два с лишним метра. Ковш снова опустился вниз и ударился обо что-то, о чём свидетельством характерный лязг, когда металл ударяется о металл. В яму опустились рабочие в голубых спецовках и белых касках. Они активно тараторили на своём новогреческом языке. Лопатами они докопались до бочки. Очистили её руками и увидели знак: жёлтый круг с тремя чёрными треугольниками, что означало радиоактивные отходы.

Яркое солнце слепило глаза. Красота острова: его растительность, изгибы берега, камни, помнившие старую античную Элладу с её олимпиадами, атлетами, философами и первыми учёными: сразу потеряла всю свою ценность. Антон почувствовал, как у него будто упало сердце. «Так вот зачем ему продали этот грёбанный остров. Что ему теперь с ним делать?» К яме шли полицейские. «Наверняка и ко мне будут вопросы», – подумал Антон. «А в газетах, что напишут? Известный русский телеведущий занимался незаконными захоронениями на своём острове? За это и посадить могут». Большое чёрное летающее насекомое село на лоб Антону. Как он не отмахивался, оно не слезало с его головы, пока не укусило.

Тогда Антон проснулся и ударил ладонью по лбу, убив комара. На пальцах осталась его выпитая комаром кровь. Антон взял айфон с тумбочки, посмотрел время. Шёл девятый час утра. На три часа у него был запланирован вылет в Грецию. Сон, как рукой сняло. Настроение было испорчено. Антон не верил в суеверия и вещие сны. А вдруг, правда, его остров скрывает какие-то зловещие тайны, которые создадут ему в будущем ненужные проблемы? Не предупреждение ли это высших сил? Песочников вылетел в Грецию. На такси он добрался до города Патры. Машина доставила его прямо до порта. Антон заплатил таксисту строго по тарифу, решив не накидывать ему чаевых.

Был уже вечер. Над портом кружили чайки. Одет Антон был просто: джинсы, рубашка, солнцезащитные очки и рюкзак. Он вспоминал, где находился катер Иоргоса, который должен был доставить его на остров. В последний раз он был пришвартован в самом начале порта. Ага, вон он. Надо было пройти шестьдесят метров назад. Антон двинулся к судну. Навстречу ему шли двое полицейских. «Обычный обход у местных копов», – подумал Антон. Но копы остановили его. Он ни слова не понимал по новогречески. Тогда полицейские перешли на английский, который Антон понимал через слово. Попросили документы. Антон достал из рюкзака загранпаспорт и протянул правоохранителям. Копы изучали его документ, и перешли на свой родной язык. Потом по-английски попросили Антона проследовать за ними в отдел.