Читаем Шляпа волшебника полностью

— Пусть празднество идет своим чередом! А я вам немного поколдую. Каждому свой фокус! Пожалуйста, задумывайте! Члены Муми-семейства первые!

— Это должны быть вещи, которые видно, или мысли? — чуть помедлив, спросила Муми-мама. — Вы понимаете, что я хочу сказать?

— О да, — ответил Волшебник. — С вещами, конечно, проще, но и мысли тоже можно.

— Тогда мне очень хочется, чтобы Муми-тролль больше не тосковал по Снусмумрику, — сказала Муми-мама.

Волшебник взмахнул плащом, и печаль вмиг покинула сердце Муми-тролля. Тоска сменилась ожиданием, а ведь ожидать куда легче.

— Я тоже придумал! — воскликнул Муми-тролль. — Милый Волшебник, пусть весь этот стол, со всем, что на нем есть, улетит к Снусмумрику, где бы он сейчас ни был!

В то же мгновение стол взмыл между деревьями и поплыл на юг вместе с оладьями и вареньем, фруктами и цветами, пуншем и карамельками, а заодно и с книгой Ондатра, которую тот положил на уголок.

— Э-э! — запротестовал Ондатр. — Прошу немедленно отколдовать мне книгу обратно!

— Сделанного не воротишь! — сказал Волшебник. — Но вы получите новую книгу! Извольте!

— «О нужности всего сущего», — прочел Ондатр. — Но ведь это же совсем не та книга! В моей трактовалось о тщете всего сущего.

Однако Волшебник только расхохотался.

— Теперь, кажется, моя очередь, — сказал Муми-папа. — До чего же трудно выбирать. Перебрал в уме массу вещей, но не смог придумать ничего мало-мальски стоящего. Оранжерею веселее построить самому. Ялик тоже. У меня все есть!

— Но тебя никто не заставляет загадывать, — сказал Снифф. — Ты можешь отдать мне свою задумку, и я загадаю два раза!

— Так-то оно так, — сказал Муми-папа, — только раз уж имеешь возможность загадать, то…

— Не тяни волынку, — сказала Муми-мама. — Загадай хотя бы приличный переплет для своих мемуаров!

— Что же, это мысль! — радостно сказал Муми-папа, и все вскрикнули от восхищения, когда Волшебник вручил папе инкрустированный жемчужинами переплет из золота и красного сафьяна.

— А теперь я! — крикнул Снифф. — Желаю собственную лодку! Лодку, похожую на раковину, и с пурпурным парусом! И чтоб мачта была из розового дерева, а все уключины из изумрудов!

— Это немало, — дружелюбно сказал Волшебник и взмахнул плащом.

Все затаили дыхание, но лодка не появлялась.

— Не вышло? — разочарованно спросил Снифф.

— Очень даже вышло! — отвечал Волшебник. — Только, самой собой, я поставил ее на воду у побережья. Ты найдешь ее там завтра утром.

— И уключины из изумрудов? — спросил Снифф.

— Ну конечно. Четыре штуки и одна запасная, — сказал Волшебник. — Следующий.

— Право, не знаю, — начал Хемуль. — Сказать по правде, я потерял лопату для выкапывания растений, которую одолжил у Снорка. Так что мне, безусловно, нужна новая лопата.

И он, как положено всякому благовоспитанному хемулю, сделал книксен',[5] когда Волшебник вручил ему новую лопату.

— Вы не устали колдовать? — спросила фрекен Снорк.

— Нет, все это очень легкие задумки! — ответил Волшебник. — Так что же угодно маленькой фрекен?

— Наверно, это будет дело потруднее, — ответила фрекен Снорк. — Можно, я шепну вам на ухо?

Когда она кончила нашептывать, Волшебник не без удивления спросил:

— Вы уверены, что вам это необходимо?

— Совершенно уверена! — выдохнула фрекен Снорк.

— Ну что ж! — сказал Волшебник. — Да будет так!

И в то же мгновение по толпе прошел вздох изумления. Фрекен Снорк совершенно преобразилась.

— Что ты с собой сделала? — взволнованно спросил Муми-тролль.

— Я задумала себе глаза деревянной королевы, — ответила фрекен Снорк. — Ведь она казалась тебе такой красивой!

— Да, но… — начал несчастный Муми-тролль.

— Так, по-твоему, они некрасивые? — спросила фрекен Снорк и расплакалась.

— Ну полноте, — сказал Волшебник. — Если вам разонравилось, ваш братец может пожелать, чтобы у сестры стали прежние глаза!

— Да, но я думал совсем о другом, — возразил Снорк. — Я не виноват, если у нее такие глупые желания!

— А что ты задумал? — спросил Волшебник.

— Вычислительную машину! — ответил Снорк. — Такую, чтобы решала, что справедливо, а что несправедливо, что хорошо, а что дурно.

— Это слишком трудно, — сказал Волшебник, покачав головой. — С этим я не справлюсь.

— Тогда хотя бы пишущую машинку, — недовольно проворчал Снорк. — А сестрица и с новыми глазами хороша!

— Ну не так уж она хороша, — сказал Волшебник.

— Братец, миленький! — разревелась фрекен Снорк, поглядев на себя в зеркало. — Пожелай мне обратно мои прежние маленькие глазки! Я выгляжу просто ужасно!

— Ладно уж, — великодушно сказал Снорк. — В интересах поддержания родовой чести можешь получить их обратно. Но надеюсь, этот случай обуздает твое тщеславие.

Фрекен Снорк снова посмотрела в зеркало и вскрикнула от восторга. Ее прежние умильные глазки снова были на месте — только ресницы стали чуточку длиннее. Сияя улыбкой, она заключила брата в объятия и сказала:

— Прелесть моя! Радость моя! Будет у тебя пишущая машинка, сделаю я тебе такой весенний подарок.

— Пусти! — смущенно произнес Снорк. — Не лезь со своими нежностями. Я просто не мог видеть тебя в таком ужасном состоянии, только и всего.