Читаем Шляхта и мы полностью

«Осадники», то есть польские офицеры, получившие в 20-х годах во владение земли Восточных Крессов, должны были «ополячить» и «окатоличить» новые колонии Великой Польши и рьяно взялись за дело. С их помощью с 1921 по 1936 год католики и униаты отобрали у православных общин 228 храмов и 7 монастырей, 133 православных церкви были закрыты, множество церквей взорвано. А. И. Солженицын в статье «Раскаяние и самоограничение» (1973 г.) так писал об этом варварстве: «На украинских и белорусских землях., захваченных по договору 1921 года, велась неуклонная полонизация, по-польски звучали даже православные церковные проповеди и преподавание Закона Божьего. Ив пресловутом 1937 году (!) в Польше рушили православные церкви (более ста, средь них – и Варшавский собор), арестовывали священников и прихожан».

Вкупе со своими соратниками из «силовых структур» осадники относились к коренному населению Восточных Крессов», как англосаксонские колонизаторы к северно-индейским племенам или японцы к населению оккупированного Китая в 30-х годах прошлого века. «Газета Варшавска» в 1925 г. (№ 155), выражая настроение осадников, писала: «То обстоятельство, что в XX веке может существовать в культурном государстве пространство, которое является какими-то индийскими джунглями, спокойным оазисом для всяких банд, которые ищут там прикрытия и насмехаются над всеми стараниями полиции, – заставляет сильно беспокоиться о нашей власти. Десятки людей, которые прячутся в пущах, в своих воззваниях заявляют, что они ведут политическую борьбу, чтобы уничтожить польскую оккупацию в Белорусском крае, разбрасывают прокламации в этом духе; бабы носят им продовольствие в лес… Из всего видно, что полиция не справляется с этим движением, один выход – занять эти пущи войсками».

Польская власть, выполняя требования своей шляхты, стала на путь кровавого подавления крестьянских восстаний вооруженной силой. Газета «Речь Посполитая» в 1925 г. писала, что «если в продолжение нескольких лет не будет перемены, то мы будем иметь там (на восточных кресах) всеобщее вооруженное восстание. Если не утопим его в крови, оно оторвет от нас несколько провинций… Теперь же нужно выловить все банды, нужно проследить, где им помогает местное население, и со всем этим гультайнитством расправиться коротко и без пардону. На восстание есть виселица, и больше ничего. На все тамошнее (белорусское) население сверху донизу должен упасть ужас, от которого в его жилах застынет кровь».

В 1924–1925 гг. в Западную Белоруссию были присланы крупные военные силы; были вооружены все бывшие офицеры и часть бывших солдат, в восточных кресах объявлено военное положение, введены военно-полевые суды. По всему краю свирепствовал массовый кровавый террор, производились аресты, избиения, пытки, грабежи и разрушения. Расстрелы по суду и бессудные были обычным делом. Наряду с православными храмами в Западной Белоруссии закрывались белорусские школы.

В 1919 году их было 400, в 1921 году осталось 37. Крестьянство было задавлено всяческими налогами, ему запрещалось ловить рыбу в родных озерах и реках, заготавливать лес не только на строительство, но и на дрова, даже за сбор грибов и ягод крестьянин должен был платить осадникам немалые для него деньги… И конечно же, наши катынские энкэвэдэшники при помощи местного населения знали, кто из «поэтов», «артистов» и «учителей» виноват в насаждении этих порядков.