То есть, считай его жизнь моей платой тебе за башню Морта, — процедил в конце маг. — Если твой Юстас принесет Кровяную клятву, конечно.

Томас возликовал внутри. Он устал уже бояться за жизни своих друзей, но жучок страха не собирался складывать свои крылья. Одна фраза, интонация настораживала парня.

Моя плата тебе…

Почему он говорит так, будто считает меня уже не жильцом? — промелькнула мысль и тут же погасла, но ее хватило, чтобы вновь ощутить страх.

Бард, все это время молча наблюдавший за выражением лица Томаса, сдержанно кивнул.

— Буду честным. То, что происходит с тобой означает лишь одно: твою скорую смерть… Ты..

Не захотев слушать дальше, Томас выбежал из кабинета. Он знал, что у него не будет счастливого конца.

Зато Юстас будет доволен своей новой магией.

* * *

Томас думал, что сошел с ума. Никогда в жизни он не испытывал столько сильных эмоций сразу. Чувства, переживания, мысли, наслаиваясь друг на друга, давили на него, заставляя мозг буквально разрываться на части. На секунду парню показалось, что в его голове спорит с десяток невидимых ему человечков, и каждый чем-то недоволен. Этого вынести он уже не мог.

Ругнувшись, он хотел было сбежать в лес, находящийся рядом с поместьем, но не мог заставить себя это сделать. Он знал, что еще один человек нуждался в нем сейчас.

* * *

В комнате Юстаса теперь находился только он сам и доктор, который контролировал состояние мальчика. Успевший все разузнать, Томас знал, что сейчас в теле мальчугана идет настоящая война, и магическая кровь одержит победу в конечном итоге, правда чтобы достичь ее нужно будет перетерпеть боль и зуд.

Волна тоже должна была остаться с Юстасом, но та почти сразу же убежала по своим делам.

Томас зашел, а врач вышел, оставляя парня с мальчиком наедине.

Глаза Юстаса блестели азартом, а на лбу выступили капельки пота. С восторгом он смотрел на Томаса, почесывая щеку. Молодой матрос полушутливо хлопнул его по руке.

— Я скоро стану волшебником! — гордо заявил Юстас.

Томас заставил себя улыбнуться ему, потрепав по голове.

— Станешь, станешь.

Мальчик схватил его за руку

Юноша знал, что превращению потребуется несколько дней, и мысленно пообещал себе, что эти несколько дней он будет рядом.

Тут глаза новоиспеченного мага расширились, а его рука, насколько хватило сил, вцепилась в руку Томаса.

Началось…

Памятуя о своей клятве, молодой матрос не отходил от Юстаса ни на шаг. Спал у него в комнате, ел тоже. Прерывался очень редко, стараясь целиком посвятить себя монотонной скучной работе сиделки. Это отвлекало его от собственных изменений в своем организме: он начал испытывать боль и жажду. Боль была пока еще терпимая, а вот жажда усиливалась с каждым часом. Все свое время парень посвящал размышлениям. Он много думал о Софии. Он не был дураком, но охарактеризовать свои чувства к ней ему было трудно, а признание девушки только оттолкнуло его. В первые два дня болезни Юстаса он зашел к ней лишь единожды. Томас пока не сообщил Софии о трансформации ее брата, боялся ее реакции. Не сообщил он и о своей собственной проблеме. Знал, что когда-то придется, но только не сейчас.

Большую часть его размышлений занимала Волна, манящая как океан. Он пытался искать встречи с ней, но девушка большое время уделяла своей учебе, так что даже поговорить они толком не могли.

Бард уехал на заключительное подписание переговоров: сначала делегация вампиров приедет в маговский городок рядом с Сомбрио, потом маги уже поедут к вампирам. Когда официальные формальности будут улажены, то все соберутся в Сомбрио в Замке Совета и приступят к настоящему подписанию еще одного мира.

Томас находил забавным то, что верхушке вампирского совета каким-то образом стало известно о выходке Морта, но это лишь подхлестнуло их пойти на сотрудничество, как бы не бесился зачинщик "раздора".

Дни текли спокойно и размеренно. Спокойствие и тишину нарушали лишь вскрики страдающего Юстаса, на которого не действовало местное обезболивающее.

* * *

Отношения внутри семьи у рейнюмцев многие могут назвать странными. Разберем их подробнее: между леллой и солисом, заключающими брак, образуется тесная связь, многие называют ее нерушимыми узами. Именно эти узы навсегда привязывают партнеров друг к другу.

У магов, как и у вампиров, один партнер на всю жизнь и, даже после смерти любимого, другой не сможет найти себе пару.

Совсем по-другому обстоят дела в отношениях между родителями и детьми. Долгая жизнь накладывает на них свой отпечаток: родители не сильно привязаны к детям, считая заботу о них своей обязанностью, нежели потребностью души. Дети, в свою очередь, также не привязаны к родителям, что в их случае помогает быстрее отделиться от них, начав вести самостоятельную жизнь.

Нет, нельзя сказать, что родители холодны к своим детям. Они тоже любят их, но эта любовь не идет ни в какое сравнение с любовью к своему партнеру.

Стоит упомянуть, что описанное выше считается общепринятым мнением, однако исключения из правил тоже бывают.

Глава 5. Семья.

Rod Reinum35

Глава 15