На входе в здание их перехватил какой-то элегантно одетый человек. Парню не разрешили посетить травологию с Волной по причине присутствия на уроке второго ученика.
Томас сначала несильно расстроился, но оказывается и свободно погулять по территории ему не разрешили, а отвели в специальную комнату для прислуги. По пути туда у парня даже не закрались, а пронеслись в голове мысли о пренебрежительном обращении с людьми, но развить их ему не дали.
С порога его обступила когорта мужчин, парней, мальчишек, со всех сторон посыпались различные вопросы: кто он, откуда, кому служит, где жил раньше.
Томас на мгновение растерялся, а потом решил, что пора становиться тем, кем был на корабле: неразговорчивым и глухим к другим. В этом месте, будто отрезанном от магического мира, ему это с легкостью удалось.
Он проигнорировал все вопросы обступивших и уселся на скамью в самый дальний угол. Остальные слуги неодобрительно проводили его взглядом, но позже и сами разбрелись по своим делам.
Многие завалились спать прямо на деревянных лавках, установленных по периметру. Некоторые едва слышно переговаривались между собой. Часть что-то писала в огромных толстых тетрадях. Но все эти люди разительно отличались от магов.
Здесь витало настроение уныния. Сплошная рутина, без интереса, а в мире за дверью жизнь кипела и бурлила, даже если ничего не происходило. Там всегда было интересно.
Тут Томас неожиданно для себя сильно разозлился: он не хотел торчать час в этой комнате, он понял, что ему больше не нужна и неинтересна рутинная работа, а главное он очень быстро отвык от нее и не хочет возвращаться к "кораблю".
Только он как следует на вкус распробовал эту мысль, как над ним выросла фигура.
— Ну рассказывай, новенький, кто таков, откуда взялся? — вывел юношу из раздумий резкий голос. В нем чувствовались нотки некого высокомерия и настоящего интереса.
Томас поднял голову и увидел на удивление довольно низкого юношу примерно его возраста. Лицо парня было приятным, если бы не его попытки изобразить улыбку. Она больше походила на злобный оскал, только что слюна не капала. Да и вообще сам парень был похож на волка: пепельные растрепанные волосы, ярко выраженные клыки и цепкий, не отпускающий взгляд.
— Никто из ниоткуда, — нехотя буркнул Томас. Его настроение не было хорошим. На вопросы он не знал, что отвечать, да и не собирался.
— Ну привет, Никто. А Ниоткуда это такая деревня? — насмешливо переспросил парень, все еще возвышаясь над юношей.
Томас лишь пожал плечами, мол, понимай, как знаешь.
— Может ты мне ответишь? Я тут староста вообще-то и обязан знать о всех новых рабах, появляющихся в школе.
Томас встал, он был на голову выше этого «Волка», что добавляло уверенности.
— Я не раб, — все так же ровно произнес он, хотя внутри уже начала клокотать ярость. Ярость на это место, ярость от того, что его заставляют сидеть там, где ему не нравится. — Отстань от меня, а?
Тут у ним подошли еще люди, все они встали на сторону "Волка".
— Говори! — прибавил громкости этот пацан, видно почувствовав за собой силу.
Томас хмуро посмотрел на остальных ребят, на него, а потом сплюнул и процедил:
— Шли бы вы все к дьяволу! — и пересел на другую скамью.
Он больше не мог сдерживать себя, но старался успокоиться.
Его вновь обступили со всех сторон, но еще до того, как этот «Волк» успел раскрыть рот, молодой матрос взвился и врезал ему под дых.
Никто не ожидал такого исхода событий: слугам запрещено было наносить друг другу повреждения, но Томас об этом не знал. Его не предупредили, посчитав не способным на такое, а зря. Остальные обступили тело парня, мигом позабыв о юноше.
Входная дверь распахнулась, и в проеме возник какой-то мужчина, видно заведующий слугами. Увидев распростертое на полу тело, он мигом кинулся к нему, а Томас, воспользовавшись представившейся возможностью, выскользнул наружу.
Этим ударом он убавил свою ярость и теперь, выбираясь из подвального помещения, был необычайно счастлив.
Придворцовый парк был просто огромен.
Он не был до неприличия ухожен, наоборот там царствовала природа. Стволы деревьев переплетались причудливыми узорами, где-то на них висели качели, в зарослях скрывался прудик, небольшими группками росли цветы.
Немного побродив по парку, Томас уселся под деревом, с которого открывался живописный вид на пруд и замок Барда вдали.
Скользкий все-таки тип этот Волк. — подумал Томас. — Непросто же он захотел познакомиться, староста еще… Тут вообще есть такое понятие как староста? Как-то странно тут в школе относятся к людям. Как будто ко второму сорту: запирают, даже свободно передвигаться не разрешают. А все же парк красивый… Такой же естественный…. как Рейнюм. Да и атмосфера здесь получше, чем в той комнате.
Так парень и заснул, погруженный в свои мысли.
Разбудили его в обед, и разбудила Волна. У нее уже закончились травология с наследием, осталась только политика.
Рядом с девушкой стоял какой-то парень, нахмурив брови и задумчиво почесывая щеку. Было заметно, что волосы девушки так и ластились к этому незнакомцу.