Читаем Шевалье де Сент-Эрмин. Том 2 полностью

С момента прибытия в Пегу мы столько говорили о бетеле, что следует, по всей вероятности, рассказать больше об этом растении, к которому индийцы питают не меньшую страсть, чем европейцы к табаку.

Бетель — вьющееся растение, подобное плющу, листья его похожи на лимонные, но длиннее и уже к концам. Плод бетеля напоминает плод платана и используется реже, чем листья. Его выращивают, как виноград, и, как и виноград, растение нуждается в подпорках. Когда для этого избирают арековую пальму, выходят очаровательные беседки. Бетель знают во всей восточной Индии и на всем ее побережье.

Индийцы жуют лист бетеля в любое время дня и даже ночи, эти листья горчат, но ценители перебивают горечь бетеля, смешивая его с ареком и известью. Те, кто побогаче, мешают листья с камфарой, алоэ, мускусом или серой амброй.

Приготовленный бетель настолько хорош вкусом и имеет такой приятный запах, что индийцы не в состоянии отказаться от него. Каждый, кто достаточно богат, добывает листья этого растения, чтобы приготовить из него лакомство. Его жуют с орехом арековой пальмы, корицей и гвоздикой. На лист бетеля намазывают слой извести, затем кладут арек и добавки и особым образом свертывают. Прожевав первую порцию, индийцы сплевывают красную слюну. Бетель делает их дыхание нежнейшим и благоуханным, оно способно освежить ароматом комнату. Но Привычка портит зубы, чернит их, разъедает, и они выпадают. Есть индийцы, уже в двадцать пять лет оставшиеся всего с одним зубом из-за злоупотребления бетелем.

Если индиец уезжает ненадолго, ему дарят бетель в шелковой сумке, а если бетель подарен близким человеком, то и сосуд для сплевывания. Не положено разговаривать с человеком из высшего круга общества, если рот не освежен листьями. Невежливо говорить и с равными, не позаботившись о свежем дыхании. Бетель часто употребляют женщины, именуя его любовной травой. Бетель принимают после отдыха или жуют во время визитов, листья держат в руках, преподносят в дар, прощаясь; бетель — постоянная часть жизни восточных индийцев.

Усердием последних гостей по городу разошелся слух, что прибывший шлюп принадлежит богатому американцу, который дарит пистолеты, ковры и двуствольные ружья. Чуть позже на реке послышался приближающийся шум несколько диковатой музыки.

Рене позвал путешественниц: оберегая их от скуки общения с чиновниками, он хотел доставить им удовольствие музыкой.

Девушки заняли места на полубаке. К шлюпу приблизились три барки, везшие музыкантов, на каждой сидел оркестр из двух флейт, по звуку напоминавших гобой, двух цимбал и барабана. Музыканты размещались на носу барки, на возвышении с павильоном. На каждой барке стояло по два павильона разной формы. Второй павильон, на корме, был весь разукрашен вереницей священных коровьих хвостов из Тибета.

Музыка, не совсем дикарская, звучала в то же время необычно. Рене попросил повторить два или три отрывка, чтобы записать главные мелодии.

Каждая барка получила по двенадцать талков (каждый талк равен трем франкам и пятидесяти сантимам).

Рене с первых дней был крайне озабочен скорейшим захоронением останков виконта де Сент-Эрмина в поместье. Но единственным транспортом здесь были лошади или слоны. К тому же морской комиссар пообещал Рене эскорт из двенадцати человек, которые были нужны, по его мнению, для путешествия через лес.

Но ныне целый город предвкушал религиозный праздник, и ни один человек не соглашался покинуть дом, не исполнив ритуала почитания богов. Праздник являл собой шествие к огромной пагоде. Как только он закончится, уверял шабундер, будут лошади, будут слоны, обученные охоте на тигров, их можно нанять на месяц, два, три — на сколько угодно. За лошадь и проводника брали двадцать талков, за слона и его погонщика — тридцать.

Взяв с Рене обещание, что за лошадьми и слонами тот обратится только к шабундеру, чиновник предложил Рене посмотреть шествие из окна дома, выходящего на лестницу, что вела к главному проходу к пагоде.

Рене принял приглашение.

Придя с девушками, молодой человек, к своему огромному удивлению, нашел специально подготовленные для дам стулья и ковры.