Читаем Шепот за окном полностью

– Ты ведь знаешь, что это не так, Джейк.

Он повернул голову. Девочка сидела на кровати рядышком с ним, и лицо у нее опять было очень серьезное. Но теперь оно было другое. Испуганное, но полное тихой решимости.

– Это плохой человек, – сказала она, – и он хочет сделать с тобой что-то очень плохое. И он сделает с тобой что-то плохое, если ты ему позволишь.

Джейку захотелось заплакать.

– Но как же я его остановлю?

Она мягко улыбнулась, словно они оба прекрасно знали ответ на этот вопрос. «Нет, нет, нет!» Джейк бросил взгляд в угол комнаты, где начинался коротенький коридорчик, ведущий к лестнице. Он ни за какие коврижки не мог туда спуститься! Не мог оказаться лицом к лицу с тем, что могло ожидать внизу.

– Я не могу!

– Но что, если это папа там у дверей?

Это было в точности то, о чем Джейк едва ли даже осмеливаться подумать. Что, может, папа действительно хочет найти его, в конце концов, и каким-то образом уже нашел, и что он сейчас там, внизу.

Надежда совсем призрачная, но…

– Папа может подняться сюда и забрать меня.

– Только если знает, что ты тут. Он может точно не знать. – Она подумала над своими словами. – Может, тебе нужно встретить его на полпути…

Джейк помотал головой. Это уже слишком.

– Я не могу туда спуститься.

Секунду девочка молчала.

– Расскажи мне про тот страшный сон, – тихонько попросила она.

Джейк закрыл глаза.

– Он ведь про то, как ты нашел маму?

– Да.

– И ты никогда раньше его никому не рассказывал, даже папе. Потому что тебе слишком страшно. Но сейчас ты можешь рассказать мне.

– Не могу.

– Нет, можешь, – прошептала она. – Я тебе помогу. Ты входишь в переднюю комнату, и весь дом вроде как совершенно пустой. Папы там нет, так ведь? Он еще на улице. Так что ты идешь через переднюю комнату совсем один.

– Не надо! – произнес Джейк.

– Светит солнце.

Он крепко зажмурился, но и это не помогло. Ясно припомнился косой луч солнечного света, падающий из заднего окна их бывшего дома.

– Ты идешь совсем медленно, поскольку чувствуешь: что-то не так. Чего-то не хватает. Почему-то ты это уже знаешь.

И теперь он ясно увидел заднюю дверь, стену, перила.

Все проявлялось ступенчато.

И тут…

– И тут ты видишь ее, – сказала девочка. – Так ведь?

Это был не сон, так что не было абсолютно никаких шансов проснуться и остановить появление возникающих перед глазами образов. Да, он увидел маму. Она лежала на нижних ступеньках лестницы – голова повернута набок, щека прижата к ковру. Лицо совершенно бледное, даже слегка голубоватое, глаза закрыты. Это был инфаркт, сказал ему потом папа, что не имело никакого смысла, поскольку такое бывает только со стариками и старушками. Но папа сказал, что такое случается и с молодыми людьми – наверное, когда сердце у них слишком…

Но тут папа не договорил и расплакался. Они оба тогда расплакались.

Но это было потом. В тот момент Джейк просто стоял там, понимая, что то, что он видит, находится за пределами его разумения, поскольку чувства окончательно взяли над ним верх.

– Я увидел ее, – произнес он.

– И?..

– И это была мама.

Просто мама. Не какое-нибудь чудовище. Чудовищность была лишь в том, какие чувства это у него тогда вызвало и что это означало. В тот момент казалось, что какая-то часть его лежала там вместо нее, и у него никогда не найдется слов, чтобы описать мир эмоций, взорвавшийся внутри него, – такой же огромный и всеобъемлющий, как Большой Взрыв, создавший Вселенную.

Но это была просто мама. Не нужно ее бояться.

– Теперь нам надо спуститься вниз. – Девочка положила руку ему на плечо. – Там нет ничего страшного.

Открыв глаза, Джейк посмотрел на нее. Она была все еще здесь, почему-то еще более реальная, чем когда-либо, и он не думал, чтобы когда-нибудь видел кого-то, кто так сильно его любил.

– А ты пойдешь вместе со мной? – спросил он.

Она улыбнулась.

– Конечно, пойду. Всегда, чудо ты мое!

А потом встала и протянула к нему руки, помогая подняться на ноги.

– Так какими мы будем? – спросила она. 65

– Прошу прощения. Уже ухожу.

Я и сам точно не знал, у кого прошу прощения. У Сондерса, наверное – за то, что завалился к нему домой, обвинял его, пугал без каких-то веских доказательств. Но просьба простить была также и гораздо глубже всего этого. Я обращался с ней к Джейку. К Ребекке. Даже к себе самому. Каким-то образом я всех нас подвел.

Я оглянулся на Карен. Она все еще прижимала телефон к уху, но опять покачала мне головой.

– Послушайте, – опасливо произнес Сондерс. – Все нормально. Как я уже сказал, я понимаю, что вы расстроены. И не могу представить, каково это – через такое пройти. Но…

Он не договорил.

– Знаю, – сказал я.

– Буду только рад пообщаться с полицией. И надеюсь, что вы его найдете. Вашего сына. Надеюсь, что все это какая-то ошибка.

– Спасибо.

Я кивнул и совсем было собрался направиться обратно к машине, когда вдруг услышал какой-то шум, доносящийся откуда-то из дома у меня за спиной. Я застыл. А потом опять повернулся к Сондерсу. Некий приглушенный гул, и кто-то кричал, но так смутно, что едва было слышно.