Читаем Шепот ужаса полностью

Со времени учреждения AFESIP количество публичных домов увеличилось, а обстановка в них стала еще более жестокой. Девушек теперь приковывают к канализационным трубам; мы находим их избитыми до полусмерти. Все чаще сутенеры сажают их на наркотики — чтобы не сбежали. В годы моей молодости нас запугивали змеями, могли надавать тумаков, однако сегодня в ход идут электрошок и пытки. У девушек остаются следы от побоев, которые не сравнить с теми ссадинам, которые были у меня.

Однажды к нам в пномпеньский приют прибыла девушка по имени Срей Мом. Я хотела как можно скорее отправить ее в больницу — от жутких ран девушка могла умереть, — но та умоляла оставить ее в приюте, боялась, что в больнице ее достанут сутенеры. Она умоляла: «Если умру, пусть это случится здесь».

Мы стали выхаживать больную сами. Когда девушка более-менее оправилась, расспросили ее. Оказалось, ей всего пятнадцать. Ее продали в бордель, где делами заправляет известный сутенер и где обслуживают клиентов из военной полиции. О сутенере ходила недобрая слава — он убил уже несколько девушек. Срей сидела взаперти четыре месяца. Ее непрерывно избивали, сажали на цепь, насиловали… Бордель, находившийся в районе Туол Кок, стоял на сваях над болотом, как и многие камбоджийские дома. Сливные отверстия туалетов в нем выходили прямо наружу, в воду.

Срей проделала в полу дыру, выбралась через нее, и, спрыгнув в воду, побрела среди нечистот. Она пришла в полицейский участок и обо всем рассказала. Полицейские записали ее показания слово в слово. А потом предложили подвезти до приюта на мотоцикле. Она с радостью согласилась, но полицейские отвезли ее обратно в бордель.

Сутенеры так избили Срей, что она думала, ей настал конец. Однако ей снова удалось убежать тем же способом — дыра в полу осталась незамеченной. Расспросив по дороге нескольких прохожих, девушка к утру добралась до приюта AFESIP, который находился неподалеку. Срей боялась выходить на улицу — она не сомневалась, что сутенеры с дружками из полиции уже прочесывают округу. Несчастная не доверяла даже работникам больницы, уверенная, что любой продаст ее всего за пару-тройку долларов.

Срей рассказала, как одну девушку в борделе постоянно держали на цепи. А другую, которая отказывалась принимать клиентов и пыталась сбежать, связали и подожгли. Срей не сомневалась, что и ее ожидала та же участь. А продала Срей в бордель собственная бабушка.

Некоторое время назад я встретилась с одной матерью, которая ходила в публичный дом за деньгами, заработанными дочерью, десятилетней девочкой. Когда я пристыдила женщину, та возмутилась:

— Это моя дочь! Я вынашивала ее девять месяцев, страдала во время родов. Что хочу, то с ней и сделаю. Она не ваша.

У меня тоже есть дочь, я тоже родила ее, — возразила я этой женщине. — И я так же, как и вы, мучилась во время родов. Но если бы мне нечем было кормить собственного ребенка, я бы скорее сама стала проституткой, но не пожелала бы такого своей дочери.

А что делать — меня муж бьет. Если в доме есть хоть какие-то деньги, он напивается, а потом избивает меня и насилует. И детей бьет. Вот моя дочь в борделе, и благодаря ей у нас есть немного денег. Может, она встретит мужчину, который возьмет ее в жены.

В другой раз мы говорили с мужчиной, который изнасиловал собственную дочь, маленькую девочку. Мы спросили, почему он это сделал.

Ее мать такая смазливая, что все кобели в деревне ее. Ну я и решил отомстить — дочь уродилась такая же красавица, вся в мать.

Но ведь это же и ваша дочь!

Э нет, она — материна. Мать родила ее. А для меня дочь никто. Не я вынашивал ее.

Вот такие страшные ответы мы получаем, когда спрашиваем…

Надо сказать, нередко семьи даже не знают, куда отправляются их дочери. Думаю, некоторые родители и в самом деле верят, что, продавая дочерей торговцам, мужчинам и женщинам, тем самым обеспечивают дочерям рабочие места в качестве домашней прислуги в больших городах. Однако большинство все же понимают, что девочек заставят заниматься проституцией. Чтобы не платить посредникам, родители отводят дочь в публичный дом сами. Они знают, что становятся частью разветвленной, опутавшей всю страну системы, с помощью которой девушек переправляют в Таиланд, Лаос, Сингапур и даже Канаду Но родители все равно идут на это. Они не думают ни о чем, кроме самих себя.

* * *

Сокхане стала первой девочкой, умершей у нас от СПИДа. В семь лет она осиротела, и старшая сестра продала Сокхане агентству бытовых услуг в Пномпене. Хозяйка била девочку, а хозяин насиловал. Не выдержав этого, однажды утром Сокхане ушла из дома, где работала. Шла она, пока из сил не выбилась.

Наконец Сокхане очутилась в садах перед королевским дворцом, где с ней заговорил таксист. Он вызвался помочь девочке, а сам продал ее, отвезя в публичный дом в районе Туол Пак, где ту насиловали и мучили.