– Это даже не легенда, это правда. Каждые двести пятьдесят лет Старшие умирают. Пять лет "руководящие посты" демонов пустует. После ожидания я подбираю или бужу Старших. Получилось так, что последний Ведущий правил четыре поколения. Пятое поколение всегда оказывается последним. И последнее пробуждение требует определенно магического всплеска. Выплеск силы артефакта. Условия существуют. Три условия. Первое - принести артефакт должен не демон. Второе - принести должен правящий своей расой или народом. Третье - во время путешествия артефакт должен наполняться силой и пользоваться им больше трех раз нельзя. Это наши ритуалы. Ведущий вернется. В благодарность выполняется одно пожелание принёсшего артефакт. Все понятно, эльф?

– Да.

– Свободен.

– Один вопрос. Нет, два…

Демон кивнул.

– Почему меня все же сделали прислужником Ведущего?

– Я тебе уже говорил об этом. Они пытались улучшить условия путешествия Ламиараотэля. Путем устранения тебя. Два в одном.

– Как может Воскреситель повредить "Шелесту Силы"? - Я нахмурился, оттолкнулся от стенки и направился к двери.

– Спрашивай у своей хранительницы.

– И все же?

– Сейчас Воскреситель не может повредить "Шелесту Силы". Артефакт переполнен, Ведущий чувствует его силу и не отпускает. Даже если разрушить артефакт до прихода в Розринэ, накопленной силы вполне хватит для проведения ритуала. Шартэм ошибся. Бессмысленно было искать Воскреситель.

– Кто вы такой, Ждущий?

– Это уже третий вопрос.

– Ответьте.

Он помедлил.

– Я единственный не перерождающийся демон. Бессмертный. На моем веку сменилось шестнадцать Ведущих. Я силен, но я не могу быть Ведущим. Я Ждущий и это моя обязанность.

Его слова произвели на меня впечатление, пусть и не лучшее.

– Скажи мне, что будет, если завтра вместо Шартэма бой примет Сидриалис?

– Это твой четвертый вопрос. Я имею право не отвечать на него. Уходи.

– До свидания, враг мой и нейтральный бессмертный демон, - вежливо, с некоторой ехидцей, попрощался я.

33. СИДА.

Утром пошел дождь.

Шартэм мрачнел с каждой минутой.

Лерт словно воды в рот набрал, и у меня появилось стойкое ощущение, будто он всю ночь возводил между нами стену из булыжников - не перелезть, не разрушить.

Паршиво.

А стоит ли жить дальше, если перспективы проглядываются с трудом, да еще и сомнительные, где вероятность один к десяти?

По моим не радужным рассуждениям выходило, что нет.

Даже если мы с Лертом выберемся живыми из Розринэ, в который, несомненно, нам придется наведаться позже, то за моей спиной всегда будут мои сородичи, докапывающиеся до смерти Эстальта и наказания убийцы его. Убийцей, естественно, являемся мы оба - я и Лерт, и без разницы за кем будут охотиться. Чем заняться после окончания истории я тоже не понимала - довольно сложно бегать от дроу, когда они точно знают, что любую громкую кражу артефакта, если о ней решились заявить, совершила их ненаглядная родственница. Так сказать, дочь своего народа.

Это при хорошем исходе. Что прикажете делать при плохом? Точить сабли и брать уроки фехтования у Дирочки? Да она скорее мне голову смахнет, нежели примет меня на свою сторону. Но! Кто сказал, что я вернусь в Шертариал`ерал для того, чтобы принять участие в разгорающейся войне? Нет, я просто отойду в сторонку со всеми своими талантами и пакостью, которой от меня за версту несет. Со стороны смотрится даже привлекательнее, чем первый вариант. Сидишь себе спокойно, так сказать, на трибунах, и наблюдаешь за битвой. Победителю можно вручить ленточку из волос. Или платочек. Или клиночек. Или артефактик.. В общем, будет чем наградить эльфов. А если приглядеться…

Паршиво все. И это очевидно!

Надежды на то, что Шартэм выиграет никакой.

…С высоты площадки форт казался небольшим и бедным. Собственно, и на площадке было тесновато для пяти человек. Но уйти и наблюдать поединок снизу мы категорически отказались. Возражений особых не возникло. Барьер ставил демон, довольно качественно и экономно, и в то же время быстро. Этот барьер увеличил площадку в радиусе, добавил немало место для сражающихся. Демон спокойно отошел к самому краю, там, где полупрозрачный барьер изгибался, меняя угол.

Двое стояли напротив друг друга, в их фигурах проскальзывало напряжение и сосредоточенность.

Первый - мужчина в расцвете сил, однако умудренный опытом, со светлыми развивающимися волосами, тонкий обруч из белого золота на лбу. Скинутый темный плащ кучей лежит на полу возле уходящей вниз лестницы. Меч Ламиараотэль так и не снял, и тот висел на бедре, угрожающе покачиваясь, предостерегая.

Второй - худощавый старик с бледной кожей морщинистого лица, с пару столетий назад поседевшими волосами собранными в пучок. Широкие одежды, многочисленные складки, тонкие запястья и длинные пальцы, выглядывающие из рукавов. И никакого оружия. На лице выражение бесконечной усталости, желания побыть в покой.