Читаем Шебекинский дневник полностью

22 марта — опять обстрелы жилья, страшные фотографии очевидцев. Обломки сбитых ракет падают вниз, во дворы, на припаркованные автомобили. Они вспыхивают, как факелы. Чёрный дым, огонь, приезжают пожарные, белой пеной заливают чуть не до окон первого этажа. Выбитые стёкла хрустят на асфальте, дыры от мелких осколков пулей пробивают окна, трещины паучьими лапами ползут по стеклу… Хорошо, когда нет пострадавших, но в спальных районах, в «человейниках», люди живут впритык — одна семья к другой. Вот почему так животрепещуще стал вопрос о вывозе детей. Очное обучение окончилось и в Белгороде. А в условиях регулярных и каждодневных обстрелов детям и во дворе не погулять. Правительство области обратилось к другим регионам с просьбой принять наших детей из Шебекино, Грайворона, Белгорода и приграничья вообще хотя бы на три недели с проживанием и полным обеспечением, возможно, и обучением. Губернатор сообщает, что при каждой группе детей будет медработник и представитель от министерства образования Белгорода. Этим летом дети ездили сменами в Крым в заново отстроенный детский санаторий нашей области. Моя знакомая сопровождала одну такую группу. Было хорошо, но то лето и Крым.

А теперь?

Куда?

Вот сегодня первые дети отправились в оздоровительные лагеря Пензы.

— Поступили предложения принять наших детей от губернаторов Тульской, Астраханской, Московской, Воронежской, Ярославской и Нижегородской областей, Республики Коми, ХМАО, Кабардино-Балкарской Республики, Республики Дагестан, Ставропольского края и многих других, — рассказал Гладков.

…А видео из Грайворона просто ужасают — полный разгром и только кучи кирпичей и шифера. Из-за массированных и регулярных обстрелов почти все местные жители покинули свои дома.

Как тут держаться?

Кому? Это место — лишь поле артдуэлей.

А «за ленточкой» ситуация с мирными такая же. Один наш знакомый сообщает, что «там», близко от границы, расположен дом престарелых, полностью тамошними властями заброшенный. Ни подвоза еды, ни лекарств, ни света, ни тепла. Как выжить старикам, нашим бывшим советским старикам? Вот и ходят «туда» белгородские волонтёры, вот и возят самое-самое необходимое…

А что поделать? Такая она, «серая зона», серая от безнадёжности, небрежения и нищеты, от разобщения и предательства корня своего.

Вечер, 20.30, пока писала эти строки, в глаза кинулось сообщение о стрельбе в Московском «Крокус-центре», что это? Пишут о том, что четверо с приклеенными бородами стреляют по людям, пришедшим на концерт, уже 10 убитых…

А где охрана?

Люди на ходу выбрасывают в Сеть видеосообщения, я лихорадочно просматриваю их. Вижу, что многие не понимают: что это происходит? Поведение зрителей даже спокойное, что удивительно. Вон, некоторые остаются сидеть на своих местах и только спрашивают других: «Это что? Стрельба?» А вон — человек просто медленно ложится между рядами кресел на пол, прячется. Возле сцены людская река неспешно течёт куда-то за кулисы… Но в фойе точно бьют автоматы… Быстрее же! Реагируйте, уходите! Но все ошеломлены и заторможены невероятностью происходящего…

…Число убитых всё растёт… Боже мой! Начался пожар! На очередном видео верхний этаж пылает, как будто там нет противопожарного оборудования! По мосту всё течёт людская река, прочь отсюда, скорее… Как их много, людей, какое счастье, что они убежали из западни пожара! Но все ли? Сердце стискивает боль…

23 марта

Ночью — обстрел. Считаю запущенные на Белгород ракеты, считаю воздушные взрывы — сколько сбили у нас, сколько долетит до следующего ПВО?

Звоню сыну, его дом на последней линии сбивания ракет. На пригороды Белгорода: на частные домовладения, на пустыри, дворы и ландшафтные лужайки сыплются обломки… они обладают такой кинетической энергией, что ранят и убивают, прошивают насквозь окна и крыши, от них загорается сухая трава.

Около семи утра — опять. Одиннадцать снарядов РСЗО «Vampire» перехвачены. Но их в пакете — двадцать! В Чернянке один погибший и несколько раненых, в Белгороде тоже пострадавшие, около десятка домов повреждено. Как прожгло и перекосило крышу у одного пятиэтажного дома…

Это работа вражеских БПЛА. Сообщают, 5 из них — сбили.

Но остальные?

У нас на Белгородчине несчастья. И в Москве стоны. Эх ты, горе кровавое людское…

Слёзы кипят, страданиями и сочувствием полны сердца и комменты. Простые жители, обычные люди, рвут душу, слушая и сопереживая, неважно — где, в каком городе случается немыслимое.

Но вот тем, кто холодно и отстранённо отдаёт приказы зазомбированным нелюдям на преступные деяния…

Тем — анафема!

Но много их стало, роботоподобных «людей».

Не уменьшаются их ряды.

Всем несут они… сеют вокруг себя… смерть и ужас живущим. Пока ещё живущим.