Читаем Щит полностью

— Не думаю, чтобы я отказалась, если бы мне предложили сначала посмотреть на твою смерть, а потом умереть самой. — Похоже, она говорила то, что думала.

Внезапное сомнение и чувство вины охватили Бэннинга. Он позволил себе идти к цели напролом, не слишком задумываясь об этике. Для него, землянина, звездные императоры и императрицы, Валькар и Молот, все эти интриги чуть ли не стотысячелетней давности, в конце концов, казались не более чем словами, не более чем невероятным сном, а человек не слишком-то задумывается о своем поведении в сновидении. Но теперь слова перестали быть словами. Слова превратились в людей, живых, реальных людей. Это были и Тэрэния, и Джоммо, и он сам стал реальной силой, Валькаром, если даже он всего лишь его тень. Его действия могли повлечь невообразимые последствия, способные повлиять на жизнь миллиардов людей, обитающих на мирах, о которых он и слыхом не слыхивал.

Бэннинга испугала гигантская тяжесть легшей на него ответственности. И теперь, в эту последнюю минуту он понял, что такая ноша ему не по силам.

— Рольф, — начал он, — я…

В распахнувшуюся дверь ворвался Киш.

— Сообщение, господин: радар «Солнечного пламени» засек приближающийся корабль, и Бехрент просит, чтобы мы поторопились вернуться на борт!

Бэннинг беспомощно взглянул на Тэрэнию. У него не было выбора. Тэрэния необходима для выкупа его собственной жизни и жизни его людей, для обеспечения свободного прохода через космические патрули. Позже, может быть, у него появится время подумать об этике.

— Ладно, — резко бросил Бэннинг. — Передай капитанам и веди сюда людей.

— Они уже здесь, господин.

— Хорошо. — Он повернулся к Джоммо. — Поторопись, и не пытайся умничать. Сохмсей будет наблюдать.

Бэннинг снял свою накидку с капюшоном и набросил ее на плечи Тэрэнии.

— Сейчас я отведу тебя на корабль.

Теперь она уже не смотрела на него и ничего не сказала.

Когда Бэннинг взял ее за руку и повел вперед, Тэрэния пошла рядом, прямая и гордая, уделяя ему не больше внимания, чем если бы его здесь вовсе не было — правда, Бэннинг чувствовал, как она вздрагивала, когда он касался ее почти обжигающего тела.

В нижних залах дворца и снаружи царила напряженная, но не суетливая спешка. Люди Бэннинга длинными колоннами бегом возвращались на корабль, а разоруженная и беспомощная дворцовая охрана угрюмо толпилась в стороне. Они зашевелились, несмотря на угрожающее им оружие, когда увидели Тэрэнию, но Хорик окружил ее и Бэннинга сильной охраной, и они без помех прошли мимо.

Свежий ночной воздух охладил щеки Бэннинга. В темном небе ничего не было видно, но он знал, что там, вдали, к ним, опережая свет, мчится опасность. Он поторопил Тэрэнию. Деревья и фонтаны остались позади, и они вышли на посадочную площадку, где лежал крейсер, через открытые люки которого лился яркий свет. Бэннинг, крепко державший Тэрэнию, тревожно думал, закончил ли сборы Рольф, найдут ли они все нужное оборудование, далеко ли вражеский корабль, и сколько минут у них осталось.

В воздушном шлюзе дежурил Скранн. Он руководил спешащими людьми, не допуская затора в небольшом помещении. Увидав Бэннинга, он сказал:

— Капитан будет рад видеть вас в рубке, сэр.

Его голос звучал напряженно, а сам он выглядел встревоженным. Бэннинг грубо затащил Тэрэнию внутрь, не утруждая себя извинениями. Заметив свободную каюту, он бесцеремонно толкнул ее туда, запер дверь и поставил охрану. Потом он поспешил в рубку.

Бехрент, шагавший взад и вперед по рубке, выглядел свирепее, чем когда-либо раньше. То и дело вбегали и выбегали ординарцы. Техники беспокойно ерзали у контрольных панелей.

— Какова ситуация? — спросил Бэннинг.

Бехрент поднял вверх одну руку и рубанул ей по ладони другой.

— Уже сейчас, — сказал он, — нам придется взлетать прямо под их орудиями. — Он посмотрел через иллюминатор на людей, бегающих внизу. — Что они там делают? — прорычал он. — В игрушки, что ли, играют? Клянусь, я захлопну люки и оставлю их…

Розовощекий ординарец, у которого глаза выпрыгивали от нервного возбуждения, влетел в рубку и выпалил, обращаясь к Бэннингу:

— Рольф только что поднялся на борт и велел передать вам, что все в порядке, и что он присмотрит за пленными.

— Хорошо, — сказал Бэннинг. Он тоже посмотрел в иллюминатор. — Отправляйся вниз и скажи, чтобы поторопились с погрузкой. Взлет в два…

Появился другой ординарец и принес сообщение с радара. Записку взял Бехрент, и краска сошла с его лица, внезапно ставшего бесконечно уставшим. Он протянул записку Бэннингу:

— Если сейчас вы посмотрите на небо, то увидите крейсер, летящий сюда.

— Пусть прилетает! — дико рявкнул Бэннинг. Бехрент взглянул на него:

— Но через две минуты после приземления они узнают о нас все, и тогда…

— Две минуты, — прервал Бэннинг, — время вполне достаточное, если мы будет двигаться быстро.

Лицо Бехрента озарилось мрачным светом:

— Вы по-прежнему Валькар! Это должно сработать, но патрули будут предупреждены раньше, чем мы выйдем в открытый космос.

— Будем думать о патрулях, когда дойдем до них, — ответил Бэннинг.

Бехрент заорал в микрофон систем оповещения: