Читаем Щит и меч Венеры полностью

— Леш, привет! — крикнула я на бегу Чесалову.

Чесалов сидел в коридоре на одном из пластиковых стульчиков, предназначенных для больных, и смачно курил, зажав в толстых пальцах тоненькую сигарету.

Чесалов был зубной врач, он арендовал комнату под стоматологический кабинет, которая находилась напротив нашего офиса. Несмотря на внешность мясника, Леша слыл хорошим врачом, и частенько в коридоре к нему сидела очередь из страдающих, держащихся за щеку людей. Свой кабинет Чесалов назвал «Зуб дарю!». Наверное, Леша думал соригинальничать, но кто-то решил подшутить, стер на вывеске букву «р», подставил впереди «в» и получилось устрашающее «В зуб даю!». Учитывая двухметровый рост Леши, огромный живот, толстые красные щеки, маленькие прищуренные глазки и вечно засученные рукава не слишком белого халата, шутка удалась, и парочка клиентов на моих глазах удирали от Чесалова вниз по лестнице. Чесалов, хохоча, догонял их и орал, что он самый добрый, самый замечательный, а главное — самый дешевый доктор на свете.

Во всяком случае, Леша оценил чей-то черный юмор, вывеску менять не стал и развлекался тем, что, высовываясь из кабинета со зверской гримасой, грозно спрашивал: «Эй, кто там следующий?». Но как только больной оказывался в кресле, Леша становился душкой, улюлюкал, сюсюкал, лечил хорошо и не больно. В отличие от агентства «Алиби», стоматологический кабинет «В зуб даю!» имел много постоянных клиентов.

— Стой! — Чесалов схватил меня за руку. — Аська, что за хрень? С утра зуб полечить некому. — Спросил он меня.

— Зато у нас… — я осеклась. Мне пришла в голову мысль, что наш первый клиент не обрадуется, если о его визите будет хоть кто-то знать, пусть даже и добрейший зубной врач Леша Чесалов.

— Да ты что?! — удивился Чесалов. — А ты направь его ко мне опосля вас! У любого приличного человека всегда есть, что во рту расковырять. Я инструментики новые прикупил, опробовать надо… — Он отобрал у меня шарик и привязал к ручке своей двери. — Ась, ну какая же ты красивая! — без всякого перехода воскликнул Леша и, обращаясь почему-то к желтому шарику, предложил: — Может, пойдешь за меня замуж? У меня ведь только сегодня клиентов нет, а так я парень востребованный, душевный, посуду сам за собой мою…

— Пойду, Леш, — засмеялась я, открывая дверь в агентство. — Только в следующей жизни.

— Вот так всегда! — объявил Чесалов воздушному шарику. — Все хорошее — в следующей жизни. Э-эх!!

— Басова! Басова! — Константин метался в приемной, бегая из угла в угол.

Таким я его первый раз видела — волосы растрепаны, рубашка застегнута на все пуговицы, а на шее неумелым узлом завязан сиреневый галстук. — Басова, ты чего в коридоре зависла? — Жуль запустил пятерню в волосы и попытался пригладить их.

— Да вот, Чесалов замуж позвал, — ответила я, бросая сумку на стол.

Может, у Жуля, как у всякого нормального мужика, проснется чувство соперничества и он попытается доказать Чесалову, что ловить ему нечего?..

— Аська, на столе пыль, на подоконнике пыль, а вот здесь… под столом, мертвые мухи! — Шеф низко наклонился и застыл, разглядывая кучку дохлых мух под столом. — Нарайян, как назло, еще вчера вечером ушел кормить свою черепаху и до сих пор не вернулся! Сейчас придет клиент, а в конторе никого нет!! Никого! Только замученный делами начальник и эти… — Он показал на мух, разогнулся и уставился на меня. Его взгляд красноречиво вопрошал: «За что я вам деньги плачу?»

— Я пришла вовремя, — пожала плечами я и, постучав по наручным часам, напомнила: — До начала рабочего дня еще десять минут.

— Ась, Ась, ну это же порнография! Ну какие к черту десять минут? Ну есть работа — работаем, нет работы — гуляем! Ну разве задумывался я когда-нибудь платить вам или не платить, если работы ни фига нет, а? Задумывался?

По-хорошему, следовало сказать: «Я больше у вас не работаю», развернуться и уйти, хлопнув дверью. Но я достала из сумки вывеску, взяла кнопки и, подняв гордо голову, пошла к двери.

Жуль аллюром шел где-то сбоку и чуть позади.

— Ась, ну извини, — пробормотал шеф, когда я с остервенением начала вдавливать кнопки и дверь. — Насчет порнографии я того… идиот. Распсиховался просто. Ты должна меня понимать. Первый клиент! Восемь месяцев ждал! Почти как ребенка. — Он засмеялся. — Прости, а?!

Я отрешенно кивнула.

Понимаю. Прощаю. Первый клиент, как никак. А я — так, какая-то мисс, какой-то там всей России, и гожусь только на то, чтобы рисовать и крепить таблички.

— Ась, ну и за пыль, ты, конечно, не отвечаешь, и мухи не в твоей компетенции и вообще, цвет лица у тебя сегодня такой замечательный!

Я снова кивнула, прошла за свой стол и зачем-то включила компьютер, невесть зачем тут стоявший.

Жуль смотрел на меня услужливо-вопросительно, словно не я у него была секретаршей, а он у меня.

— А вы уверены, Константин Эдуардович, что он придет?

Шеф схватился за голову. Покраснел, потом побледнел. Открыл рот, хотел что-то сказать, но не смог, махнул рукой, мол, будь что будет.

Сказать ему, что ли, что я Мисс Россия-2004?

Я было открыла рот…

И тут он пришел.

Наш первый клиент.