Не только Николая Анисимовича Щёлокова тянуло к мастерам искусств. Но и их к нему — тоже. Они чувствовали уважительное, серьезное к себе отношение, свою востребованность. В МВД тогда вообще было к кому тянуться. Известен и уважаем в среде творческой интеллигенции был Игорь Иванович Карпец (еще со времен его работы в Ленинграде). Совещания в своем главке интеллигентнейший Игорь Иванович нередко начинал словами: «Вы что думаете, я ругаться не могу? Могу!» После чего… не ругался. Он просто в этом не нуждался, таков был его авторитет в среде сотрудников угро. Культурным и талантливым в разных областях человеком, как отмечалось, был заместитель министра Борис Тихонович Шумилин. Владимир Петрович Илларионов… А уж насколько популярен в среде актеров, журналистов, ученых, космонавтов был Сергей Михайлович Крылов, и говорить не приходится. Да многие, многие… Это было, несомненно, самое образованное и интеллигентное руководство органов внутренних дел в их, по крайней мере, советской истории.

Глава десятая ЗАВЕДЕННЫЙ МЕХАНИЗМ

Как строился рабочий день министра внутренних дел Николая Анисимовича Щёлокова?

…Каждое утро в девятом часу служебная «Чайка» с государственным номером «11–04» прибывает на дачу министра в Горки-10 или (зимой) к его дому на Кутузовском проспекте. В машине вместе с водителем — один из помощников Щёлокова, который к тому времени успел подготовить сводку происшествий, материалы к предстоящим заседаниям в МВД или, предположим, в Совмине, ЦК КПСС, в зависимости от того, куда министр направляется. В пути Николай Анисимович эти бумаги изучает.

В начале десятого Щёлоков появляется в своем служебном кабинете, на третьем этаже в здании на Огарева, 6. Разумеется, он часто в министерстве отсутствует, поскольку обязан значительное время проводить в инстанциях, много ездит по стране и за рубеж, однако у подчиненных ощущение, что он либо на месте, либо «скоро будет».

На рабочем столе у министра два аппарата прямой связи — с генеральным секретарем ЦК КПСС и председателем правительства. В отсутствие хозяина кабинета эти трубки могут снимать только два руководящих сотрудника его секретариата — Б. К. Голиков и И. С. Осипов. Борис Константинович Голиков возглавляет приемную министра, Игорь Сергеевич Осипов отвечает за, так сказать, творческую часть: готовит для министра тексты докладов, служебных записок, выступлений перед различными аудиториями.

В приемной на табло несколько лампочек. Когда горит большая красная лампа, это означает, что министр разговаривает с генеральным секретарем. Как часто она загоралась? Бывало, что и несколько раз в день, вспоминает В. В. Сорокин[11]. Но кто из них кому звонил и кто с той стороны на проводе — сам Брежнев или его помощник, дежурные знать не могли. Сорокин вспоминает, когда красная лампа загоралась особенно часто. Вспыхнул межнациональный конфликт в Чечено-Ингушетии… В Пермской области паника — бежал из-под стражи опасный преступник… Попытки захвата самолетов… В этих случаях Щёлоков докладывал о проводимых мероприятиях непосредственно Брежневу либо его помощникам.

Суточную оперативную сводку готовит для министра дежурная часть Штаба МВД. В нее обязательно включают: чрезвычайные происшествия (стихийные бедствия, катастрофы на транспорте, лесные пожары…); хищения в особо крупных размерах; особо опасные преступления против личности (убийства двух и более человек, убийства с особой жестокостью, при разбойных нападениях…); ДТП с большим количеством пострадавших; выявленные факты изготовления фальшивых денег; крупные изъятия фальсифицированного алкоголя (в этом почему-то особенно отличался Ставропольский край, а крупным считалось изъятие более двухсот бутылок); ЧП в исправительно-трудовых учреждениях; происшествия по личному составу. Случаи гибели и ранений сотрудников МВД при исполнении служебных обязанностей обязательно включались в суточную оперативную сводку для министра. Он реагировал: «представить к награде», «оказать семье материальную помощь», «выйти на местные органы власти с предложением назвать одну из улиц именем погибшего». Николай Анисимович очень внимательно просматривал эти сообщения. «Он ведь был политработник», — напоминает Сорокин.

Еще ненадолго задержимся в приемной. Здесь служат старшие офицеры, от майора и выше. Это не паркетные офицеры, а сотрудники с большой оперативной или следственной практикой, ведь им нередко приходится разбираться в сложнейших ситуациях и докладывать министру, его заместителям, руководителям других ведомств, а то и помощникам генерального секретаря или председателя правительства, которые (помощники) запросто могли позвонить ночью или в выходной день.