Читаем Щёлкни пальцем только раз полностью

Мистер и миссис Бересфорд сидели за столом и завтракали. Они были самой заурядной супружеской четой. В этот миг по всей Англии сотни таких же пожилых пар сидели за завтраком. И день был самый заурядный, таких дней бывает в неделе пять из семи. Вроде собирался дождь, да только никак не мог собраться.

Когда-то волосы у мистера Бересфорда были огненно-рыжие. Рыжина и сейчас еще проглядывала, но в целом они приобрели тот песочно-седоватый оттенок, какой часто приобретают огненно-рыжие волосы людей в среднем возрасте. Миссис Бересфорд некогда была чернявой и носила прическу, похожую на пышную курчавую копну. Ныне же в черных локонах появились беспорядочные и аляповатые седые пряди, причем выглядели они на удивление мило. Когда-то миссис Бересфорд даже подумывала покрасить волосы, но потом решила, что все-таки больше нравится сама себе в естественном обличье. Волосы она не окрасила, но в качестве самоутешения стала пользоваться губной помадой другого оттенка.

Пожилая пара за завтраком. Милая пара, но в них нет ничего примечательного, как сказал бы посторонний человек, увидев их. А если бы этот посторонний оказался молодым, он непременно добавил бы: «О да, весьма приятная пара, но до смерти скучна, как и все старики, разумеется».

Однако мистер и миссис Бересфорд еще не причисляли себя к старикам. И они даже представления не имели о том, что их, как и многих других, записывают в «до смерти скучные» исключительно из-за этого. Записывают, разумеется, только молодые, но ведь молодежь, снисходительно подумали бы они, понятия не имеет, что такое жизнь. Бедняжки, они же постоянно переживают из-за экзаменов или интимной жизни, покупают себе какую-то странную одежду или вытворяют чудеса со своими волосами, чтобы привлечь к себе внимание. С точки зрения самих мистера и миссис Бересфорд, они едва миновали пору расцвета. Они нравились самим себе и нравились друг другу, и каждый день приносил им тихую радость.

Бывало, конечно, и по-другому.

Мистер Бересфорд вскрыл письмо, пробежал его глазами и положил на стол, на небольшую стопку под левой рукой. Взял следующее, но вскрывать не стал, а так и застыл, глядя не на письмо, а на тостер.

— Что случилось, Томми? — спросила жена.

— Случилось? — рассеянно отозвался он. — Случилось?!

— Именно так я и сказала, — подтвердила миссис Бересфорд.

— Ничего не случилось, — ответил мистер Бересфорд. — А что должно случиться?

— Ты о чем-то подумал, — укоризненно сказала Таппенс.

— Едва ли.

— Нет, подумал. Что-нибудь случилось?

— Да нет, разумеется, нет. Что может случиться? — Потом он добавил:

— Пришел счет от водопроводчика.

— О-о, — протянула Таппенс с видом человека, которого просветили. — Вероятно, он заломил больше, чем ты ожидал.

— Естественно, — подтвердил Томми, — как всегда.

— И почему только в свое время мы не пошли в слесари-водопроводчики? — сказала Таппенс. — Если бы ты пошел по этой стезе, я была бы подручной слесаря, и мы каждый день загребали бы деньги лопатой.

— Как же это мы проглядели такую возможность?

— Ты только что смотрел на счет от водопроводчика?

— Нет, это было всего лишь обращение.

— Малолетние преступники… расовая интеграция?

— Нет, всего лишь еще один Дом, который открывают для престарелых.

— Это, во всяком случае, нечто более земное, — сказала Таппенс, — но я не понимаю, почему ты так встревожился.

— О, я думал совсем о другом.

— Ну, тогда о чем же ты думал?

— Вероятно, обращение навело меня на такие мысли, — ответил мистер Бересфорд.

— На какие? — спросила Таппенс. — Знаешь ведь, что все равно расскажешь.

— Да ничего особенно важного. Я просто подумал, что, возможно… ну это тетя Ада.

— О-о, понятно, — ответила Таппенс, мгновенно все уяснив. — Да, — добавила она мягко, как бы размышляя, — тетя Ада.

Их взоры встретились. Увы, приходится признать, что в наши дни почти в каждой семье есть своя «тетушка». Имена разные — тетя Амелия, тетя Сузи, тетя Кейти, тетя Джоан. Это могут быть бабушки, состарившиеся кузины и даже внучатые тетушки. Но они существуют и являют собой житейскую проблему, которую нужно решать. Приходится много хлопотать, осматривать дома для престарелых в поисках подходящего, наводить всякого рода справки с помощью врачей и друзей, у которых есть свои «тети Ады», которые бывают «совершенно счастливы», пока не умрут где-нибудь в «Лаврах», в «Бексхилле» или в «Счастливых лугах Скарборо».

Давно уже прошли те времена, когда тетя Элизабет, тетя Ада и остальные счастливо доживали свой век в собственных домах, где за ними ухаживали преданные, хотя порой несколько назойливые старые слуги, где их вкусно кормили три раза в день и укладывали баиньки. Либо же за ними присматривали бедные родственницы и полоумные кузины из старых дев. Теперь же все по-другому.