Читаем Шарлотта Корде полностью

В Риме, около 300 года, жила знатная женщина по имени Аглая; она владела несметными богатствами и вела жизнь беспутную и неблагонравную. Добрых качеств она имела всего три: гостеприимство, щедрость и сострадание. Долгие годы Аглая жила неправедно, но потом на нее снизошла милость Господня и она обратилась в христианство. Тогда она велела своему управляющему Бонифацию, который тоже обратился в христианство, отправиться туда, где претерпевают страдания святые мученики, и доставить ей мощи этих мучеников, дабы она могла похоронить их и оказать им почести и таким образом заслужить отпущение грехов. А Бонифаций, словно в шутку, ответил ей: "Если я найду мощи святых, я их привезу, а если вам, сударыня, принесут мои останки, примите их, ибо сие будет означать, что я стал мучеником". И Бонифаций отправился в путь. По дороге он совершал поступки, достойные святых, его приговорили к смерти и отрубили голову, после чего слуги принесли его тело Аглае. Тут к Аглае явился ангел и сказал: "Тот, кто прежде был вашим слугой, теперь стал вашим братом; примите его как подобает и окажите почести его телу. Тогда заступничество его возымеет силу и грехи вам будут отпущены". В сопровождении священников Аглая пошла к святым мощам и поклонилась им, а потом приказала построить для упокоения мощей великолепную часовню, где случились многие чудеса. Затем Аглая навсегда отреклась от мирской жизни и раздала свои богатства бедным. Она прожила еще тринадцать лет в примерном благочестии, и кончина ее была кончиной святой. Ее похоронили в часовне, которую она построила в честь святого Бонифация, а день благостной кончины ее стал церковным праздником[20].

Вот, сударыня, что я могу рассказать о святой покровительнице моей маленькой кузины, которой я желаю благочестивой жизни, и целую ее нежно, равно как и ее сестру. Мне сообщили, что вы завершили дела, связанные с разделом земли. Искренне поздравляю вас, сударыня, ибо всегда приятно точно знать, на что можешь рассчитывать. У меня же пока радостей мало, тем более что меня не оставляет предчувствие, что вскоре вы от нас уедете, а мне бы хотелось в грядущем году повидаться с вами. Примите, сударыня, уверения в моем живейшем к вам почтении; обнимаю мою дорогую кузину. Ваша смиренная слуга Корде.

P. S. Сестра просит меня от ее имени засвидетельствовать вам почтение и передает тысячу приветов вашим детям».

Судя по этому письму, девушка, во-первых, читала не только философов и Плутарха, а во-вторых, не порывала отношений с родственниками и охотно исполняла их просьбы.

Многие биографы предполагают, что в жизни Шарлотты был некий «период благочестия», когда все помыслы ее устремились к Богу и она всерьез обдумывала возможность пострижения. Возможно, именно в этот период к ее любимым языческим героиням — Эпихариде, Порции, Кле-лии — добавилась библейская Юдифь, добровольно взявшая в руку меч, дабы сознательно нанести смертельный удар вражескому военачальнику Олоферну. Говорят, в Библии, принадлежавшей Шарлотте, были подчеркнуты строки: «я выйду для исполнения дела»[21]. А в личной тетрадке пятнадцатилетней Шарлотты записана молитва, обращенная к Иисусу:

«О, Иисус, смирившись и исполнившись скорби, я стою перед тобой в свой последний час, дабы вручить тебе свою душу, дабы ты позаботился о ней после того, как она покинет бренную свою оболочку…

Когда предсмертная испарина растреплет волосы на голове моей, помилуй меня…

Когда мои щеки побледнеют и их мертвенная белизна станет внушать стоящим рядом страх и ужас… помилуй меня…»

Что навевало юной Корде мысли о смерти? Предчувствие или охватившее ее желание умереть для мира? Можно предположить, что ей, как и юной Манон, довелось присутствовать при обряде принятия монашеского обета, который, по свидетельствам современников, часто производил на неокрепшие души мрачное впечатление. А может быть, не видя в миру достойного для себя поприща и смутно осознавая, что в расшатанной монархии Людовика XVI ее героические устремления вряд ли найдут применение, она решила избрать подвижнический путь Полиевкта, героя одноименной христианской трагедии Корнеля? Но как следовать по пути подвижницы веры в понимании своих любимых героев, Шарлотта не понимала. У Корнеля новообращенный христианин Полиевкт, презрев идеал христианского смирения, разрушал языческих идолов, чтобы обрести мученический венец и вместе с ним бессмертие и славу:

Подобно античному герою, Полиевкт исполнял долг во имя высшего принципа. Но во имя какого принципа, на каком поприще могла геройски реализовать свои духовные устремления воспитанница монастыря? Если бы в это время Шарлотта встретила любовь, возможно, она отдала бы этому чувству весь пыл своей души. А если бы не случилась революция, Шарлотта, скорее всего, приняла бы постриг и впоследствии стала бы образцовой настоятельницей образцового монастыря. Если бы…