Читаем Шарав полностью

"Пошли в контору, пусть контакты пробьют".

"А хули их пробивать, я эти номера знаю. Один Ильяса, другой - Тепкоева. И вот еще несколько иностранных, но это глухой вариант, начальство зарубит. Пиздец похоже, Айгуль. Если Ильяс - значит на самолёте вывезли, уже не догоним, но я эту, сука, шайку зачищу здесь до основания, ни с кем больше советоваться не буду. Так, ситуация прояснилась. Позвоню нашим".

Иван Петрович достал смартфон и нажал кнопку быстрого вызова: "Дежурный? Полковник Сидоров. Ну-ка, пробей мне по-быстрому, никого из духов не задерживали вчера ночью с сирийскими паспортами? Ага! Есть потерпевший гражданин Сирии? Хаджи, с пулевым ранением? Где? Ясно, я проверю. Ну вот всё и сложилось, Лёша. В больнице по дороге в аэропорт лежит ещё один "сириец", съездим навестим. Да-а, неплохо подготовил Айгуль - четверых наглухо, пятый в больнице. Сколько же за ней вообще народу послали?"

"Надо было ещё над тактикой и рукопашкой поработать" - глухо ответил Лёша: "Может, тогда сумела бы завалить остальных".

"А вы мне тогда нахуя сдались? Пришлось бы выгнать, а ей повысить зарплату втрое".

"Хорош прикалываться, не смешно, представляешь, что они с ней сделают?"

"Да" - посерьезнел Петрович, поехали в больницу, нехуй языками чесать.

В больнице, проигнорировав нестойчивые попытки напялить на них бахиллы и белые халаты, парочка в костюмах прошла прямо в палату. В ней уже находился представитель СК, правда, рангом чуть поменьше, всего лишь лейтенант. Он сидел на стуле рядом с кроватью и записывал показания потерпевшего. Бледный хаджи тихо что-то втирал следователю, из его руки к капельнице шла прозрачная трубка, а симпатичная медсестра в коротком халатике, заботливо поправляла под чернявой бородатой головой подушку.

"Какие звери!" сказала медсестра со слезами на глазах: "Как так можно! Стрелять в святого человека, пусть другой веры и национальности прямо из пистолета! Куда же смотрит полиция!"

"Гражданочка, не отвлекайте! Отойдите в сторону, не мешайте заполнять протокол" - пробубнил следователь СК.

Петрович и Лёша вошли внутрь, громко хлопнув за собой дверью. Все присутствующие разом обернулись.

"А у нас до сих пор неплохо относятся к иностранцам!" - восхищенно произнес Лёша: "Смотри ка ты, отдельная палата, санузел, охуеть можно. А в соседней палате, я заглянул, восемь человек лежат, практически друг на друге, русские Васи, какие-то и парочку еще в коридоре заметил, похоже, там и живут. Статья была такая раньше, если не ошибаюсь, Петрович - "Преклонение перед западом".

"Была" - мрачно подтвердил пожилой со шрамом через всё лицо.

"Да как вы можете" - завизжала медсестра: "Человек пострадал от каких-то отморозков, наших отморозков, а вы статья! Правильно вас называли раньше - кровавая гэбня!"

"А у тебя чуйка, дочка" - беззлобно улыбнулся старший и развернул удостоверение: "Полковник ФСБ Сидоров, а это" - он кивнул на Лёшу: "Наш оперативный сотрудник, подожди, не уходи, я вам всем сейчас фокус покажу".

Следователь СК встал со стула: "Лейтенант юстиции Беспонтовый" - громко отрекомендовался он.

"Что тут у нас?"

"Нападение скинхедов на гражданина Сирии, святого человека, хаджи" - громко ответил Беспонтовый, как на уроке в школе.

Петрович с жалостью разглядывал тупенькое, безусое и очень молодое личико следователя.

"Вам сколько лет, лейтенант? Двадцать?"

"Двадцать четыре недавно исполнилось" - стараясь говорить басом, ответил Беспонтовый.

"И вы верите в эту басню с нападением скинхедов? Одиночный выстрел в грудь, да еще такой точный - не их стиль, совершенно. Будь у них и вправду пистолет, выпустили бы всю обойму куда ни попадя, только откуда он у них, обычно это же дети, наши дети, которых окончательно заебал этот черножопый беспредел в российских городах - у кого то убили друга, у кого-то изнасиловали девушку, вот откуда всё идёт. Я много раз видел результаты работы скинхедов. Обычно забивают насмерть "гриндерсами", или тыкают ножами и отвертками до тех пор, пока те не сломаются. Как правило, тела после этого бывает трудно опознать, а тут профессиональный выстрел. И всего один. Не насторожило?"

"Ну он же говорит..."

"Да он тебе всё что хошь наговорит, в том числе и то, что он внук старика Хоттабыча. Смотри сюда, и ты дочка, тоже, прежде чем сопли распускать".

Петрович откинул в сторону простыню, обнажив мускулистый торс потерпевшего.

"Знаете, кто такие хаджи и дервиши, святые люди, как вы выражаетесь? Типа монахов, которые посетили Мекку. Таких качков среди них я никогда не видел - питаются плохо, все время молятся, а этот, смотри-ка ты, какой здоровяк! Похожих очень много в лагерях боевиков. Понимаю, это ничего не доказывает, тогда взгляните".