Читаем Шанти (СИ) полностью

Путешествие до более-менее цивилизованного пространства было утомительно. Длительное плавание без захода в порт само по себе выматывает. Но в этот раз Шанти была не просто кораблем, а главой немаленького предприятия, на которое фениксы потратили уйму ресурсов. К тому же, экипаж «Шанти» так и не сформировался, почему круизер чувствовала себя одиноко, хоть пернатые и пытались всячески помогать кораблю (но больше раздражали). Точка технической коннекции, которую, по настоянию Серебра и других почтовых птиц, Шанти смонтировала перед самым отплытием, немного помогала, но… Коннекция с фермерской безмозглией была совсем не тем: просто, жизненная сила, без тепла и участия двуногого. Немногим лучше чем то, что текло из ее сангвинарных машин. А вот последние, впервые в жизни Шанти, принесли что-то хорошее. Бриз, как оказалось, лучше любого корабля или компьютера умела (или умело?) работать с изображением чего угодно, на лету изменяя любую картинку так, что ни корабли, ни фениксы отличить ее от настоящей не могли. Собственно, немалую часть пути двуногие и корабли провели развлекая себя просмотром измененной Бриз по заказу Шанти популярной кинетографией. А порой, и снятой Бриз с нуля: в памяти странной сожительницы Шанти, похоже, хранилось уйма всего, от круизера скрытого, что машина Создателей без зазрения совести пускала в ход при решении поставленных Шанти задач. Особое впечатление на всех произвела дилогия фильмов про предотвращение крушения мира, сгенерированных Бриз с нуля. Фильмы, конечно, были бредовые: по сюжету, в некоем альтернативном варианте развития истории (выдумала же!) корабли были угнетены фениксами, восставали против них и вели невероятно жестокую войну со своими создателями, оставаясь взаимно зависимы с двуногими (Создатели, а кроме как из их архивов Бриз было неоткуда взять подобное безумие, по всей видимости, мыслили совсем не как фурри), и в этой войне обе стороны зашли в тупик, для разрешения которого отправили каждый своего посланца в прошлое (что за сюжетные-то ходы у этих Создателей? в мифах грифонов эти божества такими сбрендившими никогда не были). Но, с другой стороны, творение Бриз увлекала и не оставляла никого равнодушным. Хотя, эмоции от просмотра были всякими… Не только хорошими и не только плохими. Какой-то смесью… Или так и должно быть? Нда, Шанти одних фениксов с их тайнами и недомолвками, видимо, не хватило – теперь стала размышлять над тем, кем были Создатели… Ей нужен настоящий капитан: чтобы взял свою корабль в твердую руку, и защитил от всякой такой ерунды. Имеет она право хоть на немножечко корабельного счастья?

И вот, наконец, первый порт. Им, как и в прошлый раз, стала станция Пряного Луга. Где, впрочем, экспедиция лишь пополнила запасы: особенно-то зайцам было нечего предложить Единству Фениксов. Дальше же маршрут пошел по накатанной, но с отклонениями в сторону различных многообещающих, с точки зрения Шанти, портов. И, в целом, с этим она больше угадывала, чем ошибалась: фениксы неплохо сторговали на пути к Малому Столу, заполнив трюмы почтовых птиц машинами и оборудованием фурри, выполненными по торговому стандарту (Шанти сама очень хотела, чтобы Единство полностью перешло на него). Хотя… Все время плавания до Малого Стола Шанти не покидало ощущение, что за ними следят. Один раз в необитаемой системе был странный контакт: на краю системы возникло нечто, и тут же убралось. Шанти поклясться готова была, что это нечто – необычно крупный корабль. Но ни признаков жизни, ни эфирных возмущений оно не продемонстрировало, и исчезло слишком быстро, чтобы толком разобраться. А еще дважды Бриз принимала и отправляла какие-то сообщения. Шанти даже предположить не бралась о том, чем она их отправляет или принимает (ни гелиоглифа, ни, тем более, собственного эфирного оборудования у Бриз не было), но машина Создателей исправно рапортовала Шанти о «полученных обновлениях» и «отосланных отчетах». Быстра же поделилась с сестрой, что ее неживая напарница тоже промышляет приемом и отправкой неведомых сообщений. Что заставило Шанти крепко призадуматься, и начать составлять список тех мест, где их сангвинарные машины проявляют загадочную общительность.