Читаем Шанс-2 полностью

– А то ты без нее такой бедный, как курица на мельнице, мед возит в Черкассы полными возами продавать, и все ему мало. – Вот так оно в жизни. Несмотря на речь атамана перед товариществом, в которой он десять раз повторил, что монеты с продажи меда пойдут на благо общества, общество осталось в твердой уверенности, что отдельные индивидуумы куют на этом деле монету. Вчера только с Черкасс приехал, первый раз официально повез ликер на продажу, взял двух пацанов в сопровождение, страшно мне стало после прошлого инцидента одному, с такими деньгами, на телеге ездить, ну и теперь все село уже обсуждает мое финансовое положение.

– Откуда у меня монеты Степан. Все мои монеты у атамана и у тебя. Атаман за мед забирает, а ты все остальные, что у меня есть. Уже так ты, видно, мошну свою набил, что каждый день ворчишь, почто тебя, такого богача, на работу гонят.

Так переругиваясь, чтоб не скучно было работать, Степан с батей доделывали последние элементы пилорамы, и мне приходилось мастерить свою задумку самому, поскольку свободных и умелых рук в окрестностях не оказалось. Через неделю пилораму можно будет собирать, дядька Опанас обещался к этому сроку все закончить. Сегодня с утра я уже показывал оставшимся без работы лесорубам площадку возле нашего дома, где они должны были большой крытый соломой навес соорудить. Вот там и планировалось собирать все элементы пилорамы в рабочий механизм.

А с моей приспособой, такая вышла история. Сидя на посиделках, услышал краем уха, как одна из девок хвасталась перед подружками своей новой прялкой, которую ей Петро подарил. Поскольку Петро уже давно подбивал к ней клинья, и все многозначительно посматривали потом на него, сидевшего надутым от важности как индюк, все это что-то значило. Видимо какой-то ритуал, парень должен любимой девушке прялку своими руками смастерить. А если девка взяла подарок, то видно, все, до свадьбы недалеко. Причем наверняка обычай не казацкий, те невест крали, некогда было подарки дарить, но прижился на чужой территории. Я это еще по прошлой жизни понял, любой обычай, где девушкам нужно что-то дарить, приживается на новом месте моментально. Вот поэтому решил и я смастерить нашей любимой девушке чего-то из области ткачества. И вовремя вспомнил ножную прялку, хотя правильней это чудо назвать ножным веретеном. Ее можно изготовить целиком из дерева, и штука в хозяйстве очень ценная. В это время девицы все свое свободное время пряли и ткали. Сидя на вечерницах, от нечего делать, прикинул производительность труда пряхи с ручным веретеном. Получалось, что опытная пряха, за час интенсивного труда может напрясть от шестидесяти до восьмидесяти метров нити. В спокойном режиме с разговорами и прибаутками раза в два меньше. Учитывая, что на квадратный метр грубой ткани нужно тысячи четыре метров нитки, а на тонкую, раза в четыре больше, нетрудно посчитать трудозатраты. И вспомнилось мне мое детство золотое, которое провел у бабушки в селе, и прялка с ножным приводом. В ней было, фактически, только три основных элемента, которые я постоянно лазил собирать, чтоб покрутить колесо, за что, неоднократно, получал от бабушки по рукам. Она меня пугала, мол, нельзя вращать пустую прялку, а то, дескать, ночью ведьма придет свою пряжу прясть. Не смотря на это, или благодаря этому, все элементы прялки так ярко мне запомнились, что просто загорелся идеей воссоздать ее.

Бабкина прялка состояла из основного колеса с ножным приводом, сантиметров шестьдесят в диаметре, которое ремнем соединялось со вторым, меньшим колесом, сантиметров десяти, двенадцати в диаметре, надетым на вал. На этот же вал крепилась рогулька похожая на бычьи рога, так что все эти элементы, собранные на центральном вале, напоминали трезубец с круглой гардой. На вал надевалась довольно большая катушка, которая на нем свободно вращалась. Вот и вся конструкция. На катушку крепился кусок нитки сложенной вдвое, которая шла на один из рогов трезубца, затем вдоль него, и возвращалась к центральному валу, образовывая букву "П". Сквозь Т-образную дырку нитка вытягивалась из оси вала. К готовой нитке цеплялись волокна из кудели, и конструкция была готова к работе. Вращение основного колеса приводило к вращению вала с рогулькой, и к свиванию нитки. Натяжение еще не свитой нитки, которую удерживали, приводило к вращению катушки вслед за рогулькой. Но как только готовую нитку попускали, она тут же закручивалась на катушку. Такая вот получалась самокрутка.

Вроде все просто, но когда это все сооружение, вместе с нитками начинает крутиться и наматываться, зрелище просто завораживающее. Ну и производительность труда пряхи, эта изделие должно было повысить, по моим скромным подсчетам, раза в четыре, что было немаловажно для дальнейших планов.