Читаем Шамал. Том 1 полностью

– Да. – С усилием Музаде оторвал взгляд от аятоллы и продолжил: – Вы подготовите все бухгалтерские книги и отчеты и предоставите их в наше распоряжение, и вы будете нести ответственность за любые… все без исключения проблемы, в прошлом или будущем, и за все преступления против Ирана, в прошлом или будущем.

– Мы являлись партнерами по совместному предприятию с правительством Ирана с нача…

– С шахом, а не с иранским народом, – оборвал его Музаде.

Позади него среди охранников – молодых людей, кто-то был еще совсем подростком, у других только-только начала пробиваться борода – послышалось бормотание.

– Это верно, господин Музаде, – произнес Ватанабэ, не испугавшись. За последние несколько месяцев ему уже много раз доводилось участвовать в подобных перепалках. – Но мы японцы. «Иран-Тода» возводится японскими инженерами и техниками при максимальной помощи со стороны иранских стажеров и рабочих; строительство целиком оплачивается японскими деньгами.

– Это не имеет никако…

– Да, мы знаем, – произнес аятолла громко и доброжелательно, заглушая Музаде, – мы знаем это, и вы желанные гости в Иране. Мы знаем, что японцы – это не подлые американцы и не коварные англичане, и хотя вы не являетесь мусульманами – к несчастью для вас самих, ваши глаза еще не открыты Аллаху, – мы говорим вам «добро пожаловать». Но сейчас, сейчас, с Божьей помощью, мы вернули себе свою страну, и теперь мы должны сделать… создать новые договоренности для будущей работы. Наши люди останутся здесь, будут задавать вопросы. Пожалуйста, сотрудничайте с ними – вам нечего бояться. Помните, мы так же, как и вы, хотим, чтобы завод был построен и начал работать. Меня зовут Ишмаэль Ахвази, и я – аятолла в этом районе. – Он поднялся с кресла с внезапностью, которая заставила многих вздрогнуть. – Мы вернемся на четвертый день от сегодняшнего!

Музаде, вспыхнув, заговорил на фарси:

– Есть и другие приказы для этих чужезем…

Но аятолла уже покинул кабинет. Презрительно скривившись, Музаде встал и с гордым видом вышел, его люди последовали за ним.

Когда они остались совершенно одни, Касиги позволил себе достать платок и промокнуть вспотевший лоб. Молодой Такео стоял, окаменев от потрясения. Ватанабэ полез в карман за сигаретами, но пачка оказалась пустой. Он смял ее в кулаке. Такео вернулся к жизни, торопливо подошел к ящику стола, достал новую пачку, открыл ее и предложил ему сигарету.

– Спасибо, Такео. – Ватанабэ сел и закурил от поднесенной зажигалки. – Вы можете идти. – Он посмотрел на Касиги. – Итак, – произнес он, – теперь все начинается снова.

– Да, – ответил Касиги; мысли о новом комитете, приверженном успешному завершению строительства, и последствиях такого поворота событий целиком захватили его. – Эта лучшая новость, какую мы могли услышать. Это новость будет очень желанной в Японии. – По сути, думал он с возрастающим возбуждением, эта новость снимет проклятье с отчетов Ватанабэ и, может быть, нам – Хиро Тоде и мне – вместе каким-то образом удастся нейтрализовать Гёкотомо. А если, еще лучше, Хиро ушел бы в отставку вместо своего брата, это было бы идеально!

– Что? – переспросил он, увидев, что Ватанабэ смотрит на него.

– Я не имел в виду, что это строительство начнется снова, Касига-сан, – резко произнес главный инженер. – Новый комитет будет ничем не лучше прежнего… на самом деле он будет хуже прежнего. Со старыми партнерами неизбежный пешкеш открывал нам двери, и ты всегда знал, каков расклад. Но с этими фанатиками, с этими недоучками? – Ватанабэ в раздражении провел пятерней по волосам. Все боги и духи, дайте мне силы не обругать этого дурака за его нескончаемую глупость, подумал он. Будь мудр, успокойся, он всего лишь обезьяна, не такого благородного происхождения, как ты, прямой потомок повелителей севера.

– Значит, аятолла солгал? – радость Касиги улетучилась.

– Нет. Этот бедный дурень верил в то, что говорил, но только ничего не произойдет. Полиция и САВАК, под каким бы новым названием они теперь не проходили, по-прежнему контролируют Абадан и его окрестности – местное население состоит в основном из арабов-суннитов, а не иранцев-шиитов. Я хотел сказать, что снова начинаются резня и убийства. – Ватанабэ объяснил ему суть спора, который вспыхнул между их гостями на фарси. – Теперь, когда каждая группировка устремится к власти, все будет гораздо хуже.

– Эти варвары не подчинятся Хомейни? Не станут разоружаться?

– Я говорю, что левые, вроде этого Музаде, продолжат свою войну, поддерживаемые и подстрекаемые Советами, которым отчаянно хочется прибрать к рукам Иран – и даже не из-за нефти, а из-за Ормузского пролива. Потому что перекрыв своим сапогом этот пролив, они наступят на горло всему Западному миру – и Японии. Что касается меня, Запад, Америка и весь остальной мир могут катиться ко всем чертям, но мы должны будем начать войну, если нашим кораблям запретят проходить через пролив.

– Согласен. Конечно же, я согласен. – Касиги испытывал не меньшее раздражение. – Мы все это знаем. Разумеется, это будет означать войну… пока мы зависим от нефти.