Читаем Шайка светских дам полностью

- Привет! -пропела она, но та даже не обернулась от экрана, на котором зубастая молодая дикторша со смаком вещала:

- Итак, нашему корреспонденту только что стали известны новые подробности сегодняшнего чрезвычайного происшествия в столице. Напоминаем, что сегодня, в девять тридцать утра, в подъезде собственного дома был убит легендарный генерал МЧС Сергей Камарин! И вот, как нам только что сообщили, по обвинению в убийстве задержана супруга генерала Марина Камарина! Генерал был убит одним выстрелом в голову на площадке между этажами, когда поднимался по лестнице, так как лифт в элитном доме, где проживал генерал, в это утро был отключен. Охрана дома выстрела не слышала. Но никто посторонний в дом не входил. Следственные органы уже располагают оружием, из которого был произведен выстрел. Это собственный пистолет генерала. Оружие было сброшено в шахту испорченного лифта, однако убийца не слишком тщательно стерла с него свои отпечатки пальцев, и именно это обстоятельство позволило правоохранительным органам в считаные часы раскрыть это вопиющее преступление. Генерал Сергей Камарин…

Далее ведущая с пафосом начала излагать героическую биографию генерала Камарина и менее героическую - его жены.

Тамара ее не слушала.

- Я не должна, не должна ничего чувствовать, -твердила она себе. - Я знала, что ничего хорошего не будет. Я была готова. Я все сделала правильно, и мне незачем принимать все случившееся близко к сердцу.

Так она пыталась удержать сознание на краю черной бездны. Но какая-то страшная мысль не давала ей взять себя в руки. Мысль боролась с ней, как одушевленное существо. И наконец Тамара поняла, что это за мысль: перед ее глазами встали тощие плечики и вытянутая шея сынишки на фоне телевизора. Несмотря на все ее запреты, Толика по выходным невозможно было отодрать от экрана. Глазел все подряд. Только приход отца мог положить конец этому безобразию. Приход отца! Который сегодня не придет!

Она долго металась по стоянке, не понимая, почему никак не может найти свою машину. И лишь сидя в такси, вспомнила - аквамариновую «десяру» дала утром Сергею, чтобы он мог заехать «туда» за вещами. Она гуляла по магазинам, примеряла обновы и думала об их жизни, прошлой и будущей, а он лежал на лестничной клетке с простреленной головой!

- Неважно! Неважно! -стонала она сквозь зубы, отгоняя свалившийся на нее ужас. Главное - сын. Добраться до него и прижать, защитить.

* * *

Пока она сидела в больничном коридоре, мобильник отвечал ей бесконечным «абонент недоступен». Не было никого во всем мире. Ни Симы, ни Аллы, ни Ирины. Врачи и медсестры пробегали мимо, не глядя на нее. Слава богу, здесь не было телевизора. Она ждала час, другой, третий. Оцепенела в ожидании. Наконец он вышел. Почему-то сразу поняла, что этот - к ней.

- Вы мать упавшего мальчика?

Какой же он молоденький, этот доктор. Нет, Толику нужен другой врач, пронеслось у нее в голове. Надо позвонить Сергею, у него масса знакомых повсюду. Он яайдет лучших врачей. Ах да. Сергея нет. Никого нет.

…Она очнулась и увидела только белый туман. Я умерла, подумалось ей. Вот и хорошо.

- Еще два кубика камфары! -услышала где-то далеко властный мужской голос.

Нет, она не умерла. Как жаль.

- Бедняжка, -откликнулся женский голос. - Она ведь мать.

- Женщина, вы меня слышите? Как ее зовут? Тамара, вы слышите меня?

«Перестаньте меня трясти и бить по лицу», - хотелось ей сказать, но ничего не получилось.

- Тамара, очнитесь!

Кажется, ей опять что-то кололи. Чернота. Свет. Чернота. Свет. Что это за знакомые звуки. Ах да. Лягушки в пруду. Значит, сейчас ночь. Ночь - это хорошо. Это темно и тихо. Можно лежать и ничего не чувствовать. Чернота. Свет. Как раздражает этот несносный свет. Как она от него устала! Как хорошо было бы, чтобы он больше никогда не приходил. Больше ничего не чувствовать. Кто? Кто это плачет так жалобно? Толик! Сыночек!

Она рванулась из небытия и тут же упала обратно на подушки - оказалось, что над ней плакала Сима.

- Томка, Толик живой. Живой! -твердила та, всхлипывая.

Тамара не ответила. Ее сил хватило только на то, чтобы сделать вдох и уснуть. От прежней Тамары не осталось ничего. После двух недель беспамятства на постели лежал скелет, обмотанный слишком широкой кожей.

* * *

Никогда она, Сима, не была так чудовищно одинока. Все исчезли. Алла, Ирина. Просто пропали, будто их не было. А сильная Тамара теперь вряд ли могла быть кому-то опорой. Толик остался жив только благодаря какой-то самоотверженной тетке. Но каково будет его состояние завтра, врачи сказать не могли. А ее собственная дочь предала ее так, как не мог бы предать ни один враг. Почему она, Серафима, все еще не пустила в ход заветную пилюльку, которая имелась у каждой из них? Из-за бедного Толика. Если Томка не сможет о нем заботиться, у мальчика останется только она - тетя Сима. Если, конечно, он выживет… А нет, вот тогда и пригодится пилюлька. А Ирка с Аллой - хороши, нечего сказать. Друзья познаются в беде. Вот и познались.