Читаем Шаг второй. Баланс сил полностью

– Не понял, – нахмурился Йоганн, а я чуть сам себе подзатыльник не влепил. Нашёл о чём говорить! А если здесь Ян Вермеер так и не стал живописцем? Хотя-а… Светлана же как-то упоминала о выставке целой коллекции его картин в Ростове, разве нет?

– Секунду! – схватив зерком, я вбил в поисковой строке латиницей фамилию своего нового знакомого, его же имя и… ухмыльнулся. – На, читай!

– О… – прочитав короткую справку о выдающемся художнике своего времени, Йоганн взъерошил волосы на затылке и усмехнулся. – Увлекаешься историей живописи, да? Не думал, что кто-то ещё помнит этого моего предка.

– Подруга увлекалась, – кивнул я, отмечая как реакцию на мои слова, так и уточнение про «этого» предка. – Она как-то и рассказывала о Вермеере. В общем-то, это единственный известный мне человек с такой фамилией.

– Ясно, – Йоганн явно расслабился. – А я о нём и не вспомнил, пока ты не показал статью. Стыдно даже… Да, я, собственно, почему подошёл! Через два урока будет большая перемена, и все наши соберутся в кабинете куратора. Подходи туда же, чаю попьём с имбирными печеньями. Полина Георгиевна их замечательно готовит. Заодно и с классом познакомишься.

– Не торопясь и не устраивая толкучку и галдёж прямо здесь?

– Понимаешь, – удовлетворённо кивнул староста, поднимаясь со стула.

А что, резонно. Чем наваливаться толпой на одного и пытаться вызнать, что да как, за несчастные десять минут перемены, лучше уж дождаться большого получасового перерыва и в спокойной обстановке «допросить» новичка по всем интересующим вопросам.

Второй урок… Отрада души моей: «Основы ментального конструирования». Контрольная для новичка – двадцать минут. Вызов к доске с предложением разобрать одну из формул математической модели простого «светильника». Две минуты на ответ, восемь на спор с учителем. Как результат – неопределённый хмык уважаемого Храбра Девятича… и недоумённые взгляды учеников. Уточнение к описанию модели и ещё полчаса на спор с этим… неуважаемым человеком, желающим разбирать ДВС через выхлопную трубу. Да, может, и не стоило предлагать матричное регулирование силы света, эту «арифметику» здесь ещё не проходят, но с другой стороны, в предложенную систему формул оно ложится как родное! И упрощает общую модель, между прочим. Высшая математика? Тема следующего года? Да чёрт с вами. Хотите, мучайтесь с «линейкой», а я, уж извините, мазохизмом страдать не собираюсь. Что «отлично»? А, это оценка… ну, спасибо, наверное. Вот ведь, опять увлёкся.

Следующий урок проходил в другом кабинете… точнее, в других кабинетах, и это неудивительно. Выбор иностранных языков для изучения в гимназии довольно велик, вот и разбрелись одноклассники по разным аудиториям, где их, вернее, нас, уже ждут преподаватели. Кто расширяет свои знания в хохдойче или французском, кто знакомится с итальянским или португальским. Я вот, кстати, решил обратить своё внимание именно на последний. В этом мире, как мне удалось выяснить, португальский – один из основных языков международного общения. Наравне с испанским и французским. Но их я и так знаю неплохо, а вот с языком Галлийских Портов у меня швах. Не совсем, конечно, но… классический португальский весьма заметно отличается от португезу бразилейро, в котором я неплохо натаскался за время своих давних приключений в Латинской Америке, а потому именно на него и лёг мой выбор, когда директриса гимназии предложила такую возможность. Учить какой-либо из языков «с нуля» я не собирался. Но после урока изменил своё мнение, и всё время, что добирался до кабинета куратора, прикидывал, не стоит ли взять ещё один язык для обучения… хотя бы в следующем году. А что? В группе из пяти человек да с преподавателем, являющимся природным носителем языка, одного года учёбы вполне хватит, чтобы усвоить основные правила, набрать минимальный словарный багаж и получить необходимую разговорную практику. А запас, он карман не тянет, как говорится. Так почему бы не воспользоваться такой оказией? Осталось только решить, какой именно язык я буду изучать. Но это не к спеху, разберёмся.

В кабинете куратора меня уже дожидался наш класс во главе, собственно, с самим куратором и старостой. Вопреки ожиданиям, кабинет оказался больше похож на недорого обставленную гостиную, или, скорее даже, библиотеку, сходства с которой добавляли высокие книжные стеллажи у стен и единственный письменный стол с удобным даже на вид креслом за ним, явно предназначенным для хозяйки кабинета, но проигнорированным ею. Полина Георгиевна предпочла устроиться среди моих одноклассников на одном из диванов, поближе к низкому столику, заставленному чашками с чаем и многочисленными заедками к нему. Правильно, будем считать, что это всё тяга к имбирным печеньям, а не игра в демократию.

– Проходи, Ерофей, присаживайся, – улыбнулась куратор, кивая на стоящее чуть в стороне кресло. Глянув на него, я невольно хмыкнул.

– Похоже на допрос, – пробормотал я.