Читаем Шаг второй. Баланс сил полностью

Предполагалось, что своих компаньонов дети получат уже следующим вечером, но тут не обошлось без некоторых проблем. В суматохе дел и событий я как-то позабыл одну из лекций, прочитанных мне тёткой Ружаной. Точнее, часть урока, посвящённого правилам, которым обязаны подчиняться все ментальные конструкторы – от ученика до мастера. А именно, я забыл о запрете на продажу боевых конструктов, к которым теоретически можно отнести и созданных мною компаньонов. С большой натяжкой, конечно, но ведь можно! Белый медведь Златки, например, защищая хозяйку, может запросто садануть обидчика ледяными когтями. Порвать его пополам у мишки, конечно, не получится, но вот оторвать ухо или разодрать руку-ногу – запросто. А если агрессору сильно не повезёт, может и с распоротым брюхом оказаться. Да и без ледяных когтей подаренный Злате компаньон может наделать дел. «Приголубит» нападающего морозным выдохом, и пожалуйте в больницу с холодными ожогами. Минус двести по старику Цельсию – это не подарок.

В общем, пришлось изрядно поломать голову над вылезшей проблемой. Профессор Грац, когда я связался с ним по зеркому, сразу помочь не смог, отговорился занятостью, что, в принципе, понятно и совсем не удивительно. Насколько я понял из редких сообщений Вышаты Любомирича, профессор вовсю воюет с университетом за фонды для создаваемой им лаборатории. Сам же Переплутов волхв тем более не мог мне ничем помочь. По крайней мере, он клятвенно заверял, что всякая бюрократическая канитель его пугает и единственное, чем он может помочь в этой ситуации, это контактами толкового законника.

Разумеется, я не стал отказываться от такого предложения и вбил присланный Остромировым номер в память своего зеркома. И если бы не довольно поздний вечер, наверное, связался бы с законником в тот же момент, но… Глянул на часы и, вздохнув, отказался от этой идеи.

Помощь пришла, откуда не ждали. Перед сном я решил немного прогуляться, чтобы хоть немного разгрузить мозги, да и просто проветриться. Тут же, весьма кстати, я вспомнил о разрекламированном мне Свартом верхнем зимнем саде Лады Баженовны, и вопрос с местом для релакса был решён. Но вот чего я не ожидал, так это встречи в саду с его хозяйкой. Всё же время было, действительно, позднее, а раньше я как-то не замечал за Ладой Баженовной склонности к полуночным прогулкам.

Решив, что явился совсем не вовремя, я уж хотел было откланяться и исчезнуть из сада, но княгиня не дала мне и шанса, так что уже через пять минут я поймал себя на том, что иду с ней под руку по отсыпанным песком дорожкам и довольно подробно рассказываю о своих проблемах. Это было… странно. И если бы не ощущения, упрямо твердившие, что никакого ментального воздействия не было, я бы, наверное, запаниковал.

Тем не менее, выслушав моё нытьё о «доставших до печёнок» княжатах, с каждым днём всё настырнее требующих своих компаньонов, и последовавшее за тем нытьём покаяние в собственной забывчивости, из-за которой я вот-вот вынужден буду нарушить данное детям обещание, Лада Баженовна покачала головой.

– Это же совсем просто, Ерофей! – проговорила она, присаживаясь на изящную, отлитую из чугуна лавку с тиковым сиденьем.

– Да? – я еле задавил сарказм, отчего вопрос прозвучал скорее удивлённо.

– Ну, конечно, – улыбнулась княгиня и, заметив моё сомнение, вздохнула. – Я, может быть, не великий специалист в ментальном оперировании, но, ввиду некоторых своих интересов, кое-что всё же знаю. Итак, давай вспомним, что наше законодательство называет боевыми конструктами.

– Ментальные манипуляции, предназначенные для причинения прямого вреда, – ответил я.

– Именно, – кивнула Лада Баженовна. – Твои «компаньоны», как мы уже знаем, неспособны атаковать по прямому приказу носителя, то есть их невозможно на кого-то натравить. Но они способны напасть на того, кто пытается причинить вред владельцу. Верно?

– Ну, в принципе, так оно и есть. И что? – не понял я.

– То есть они созданы не для нападения, а для защиты носителя. За-щи-ты, – княгиня даже пальцем погрозила… в такт. Но, очевидно, не увидев в моих глазах понимания, тяжело вздохнула. – Твоё творение относится к защитным амулетам первой категории, то есть ментальный конструкт активной защиты. Подобные поделки можно создавать, дарить и продавать без каких-либо ограничений… разумеется, если у создателя имеется хотя бы ученический сертификат. Единственный запрет – ношение подобного конструкта в начальных и средних учебных заведениях.

– Это точно? – спросил я. – Потому что Ружана Немировна утверждала, будто любой ментальный конструкт, имеющий атакующую функцию – есть боевой, а производство и продажа подобных конструктов строго регулируется государством.