Читаем Шаг первый (СИ) полностью

Гозард, сильнейший последователь ордена чистоты и лучший ученик магистра Рувиуса превратился в безмозглый овощ, неспособный самостоятельно даже поесть.

От двухста бойцов Роя, отправленных в Альбу – осталось семеро. И Литис вовсе не был этому рад. Вскоре после их возвращения по столице с огромной скоростью стали расползаться слухи о том, как всего один воплощенный Хаул играючи расправился с орденской элитой, попутно не забыв уничтожить половину города. Слухи, что с большой охотой были подхвачены простым людом вскоре привели к тому, что от репутации несокрушимых охотников на демонов, так тщательно выстраиваемой орденом на протяжении очень долгих лет, остались лишь жалкие ошметки.

Единственным плюсом в сложившейся ситуации был еще более сильный удар, нанесенный сообществу магов, что также как и Хаул’дир оказались бессильны перед угрозой потусторонней угрозой.

Второй советник явно знатно погрел здесь свои руки. Насколько Литис был вкурсе, действующего главу совета магического круга Ланкара уже вызывали на поклон к Рою, впрочем, как вызывали и Рэнбора. И хотя магистр не знает, о чем Рой говорил с архимагом, догадаться было не трудно. Вероятно, выразил свое недовольство сложившимся исходом и поручил особому отделу, во главе которого как раз и стоял ненавистный Литису советник, усилить контроль над магической академией и башней.

Рэнбору же было велено в кратчайшие сроки пополнить ряды учеников Хаул’дир, а также сократить срок обучения неофитов.

Литис нахмурился и покачал головой.

Не знай он, кто на самом деле стоит за резней в Альбе, то решил бы, что это второй советник все спланировал. Слишком быстро он успел сориентироваться и начал пожинать плоды, взращённые случаем и чужим трудом.

Ротар тяжело вздохнул и толкнул массивную створку двери, что вела в малый зал совета магистров. Оказавшись внутри, обвел собравшихся магистров взглядом, а с кем-то поздоровался кивком, после чего подошел к свободному креслу, осторожно сел.

Сейчас, из тринадцати кресел, стоявших полукругом, занято было лишь пять:

ладонями растер лицо и только после этого задал вопрос:

– На кой черт ты меня вызвал, Первый, времена неспокойные, а я как никогда нужен сейчас при дворе.

– Догадайся, Третий, – спокойно ответил ему статный и уже немолодой мужчина с седыми длинными волосами, зачесанными назад, – что ему нужно от твоего ученика?

– Понятия не имею, - ответил Ротар, начиная раздражаться, – я, также как и ты, не видел мальчишку уже пятьдесят лет. С того самого дня, когда наши пути так внезапно разошлись.

– Не юли, Третий, – с места вскочил другой, должно быть самый молодой из присутствующих здесь, магистр, – ты решил нарушить правила и готовил себе преемника?

В зале на мгновение воцарилась тишина, а затем аура Ротара ощерилась черными шипами, что в ту же секунд рванули к говорившему и отпрянули от закружившейся вокруг него воронки.

– Четвертый, ты нарываешься, – прорычал Ротар, чьи шипы жалили кружившийся вокруг юнца вихрь.

– Еще раз попробуешь так сделать и я сломаю тебе шею раньше, чем ты успеешь моргнуть, – рыкнул магистр, вокруг которого кружилась темная воронка.

– П-попрошу успокоиться, – раздался высокий, практически визгливый голос человека, что сидел чуть сбоку, втянув голову в плечи и практически вжавшись в кресло.

– Знай свое место, Пятый!

– А не то что?

Практически одновременно рыкнули Ротар с четвертым.

– Довольно! – прогремел Рэнбор, а у него над плечами вспыхнуло два огненных шара. – Если не прекратите сейчас же, испепелю обоих!

Магистры недовольно переглянулись, но подчинились, втянув энергию обратно.

– Почему туда не отправился кто-то из нас, а, Первый? – Ехидно спросил молодой магистр, сдувая со лба прядь растрепавшихся вихрем волос.

– Не называй меня так! – Прогремел Рэнбор, гневно уставившись на наглеца.

– Прости, прости, я подумал, тебе будет приятно, все-таки ты у нас главный, – вскинул руки Четвертый.

– Орден не настолько ослаб, чтобы на обычные задания ездили магистры, – напитав голос ядом проговорил Рэнбор, – такова политика.

– Политику оставь мне, глава, – оборвал его Ротар, – это не твоя сильная сторона. Из-за твоего решения мы потеряли Гозарда и всех мастеров чистоты. Сейчас в ордене практически не осталось Хаул’дир с достаточной чувствительностью.

– Так уж и не осталось? – Пробурчал Пятый. – Что насчет твоего ученика?

– Его чувствительность просто запредельная, – нехотя признал Третий, – еще чуть-чуть и он может стать опасен.

– Очень жаль, – протянул Рэнбор, – такой талант.

– Да-а, его сфера — это просто нечто, – возбужденно проговорил Пятый, – что-то вроде нашей постоянной способности, только не врожденное, а с использованием силы. Как он до этого дошел?

– Он мне не сказал, – покачал головой Литис.

– Нужно добавить сферу в программу для сдавших экзамен, – сказал Рэнбор.

– Зачем это? – Вскинулся Пятый.

– Потому что, если начнется война, на счету будет каждый Хаул’дир. Потому что мы до сих пор не знаем, сколько Печали наплодил юнец. – Скучающе проговорил Литис.

– Я против!