Взрыв оторвал у твари обе руки выше локтя. Его правая нога была неестественно вывернута, лицо и тело были сильно посечены осколками. И тем не менее, Хаул страха, находившийся внутри Лжебеора все равно продолжал поддерживать его жизнь. Грудь служителя то и дело поднималась, а от его тела вверх поднимался темный пар. Раны, нанесенные взрывом, медленно затягивались. Очень медленно, все-таки Хаул изрядно ослабел после потери своей подпитки.

Сделав шаг в сторону самозванца, я не удержал равновесие и поскользнувшись, упал вниз, прямо на больную руку. При падении в ней что-то повторно хрустнуло, а я опять лишился сознания от боли.

Не знаю, сколько я не приходил в сознание, долго, наверное, но, когда очнулся, на улице уже было темно, в небе ярко светился полумесяц, а левая нога Лжебеора уже была на месте. Да и раны от осколков и взрыва уже не выглядели такими страшными. Мне очень повезло, что я очнулся до того, как Хаул сумел восстановить свое физическое тело в достаточной мере для того, чтобы расправиться со мной.

Выждав немного и собравшись с силами, я подполз к твари и положил левую руку ему на лоб. Сосредоточившись на своей силе, заставил ее циркулировать внутри тела, особенно уделив внимание левой ладони.

Когда я почувствовал, что в достаточной мере контролирую силу внутри своего тела то направил ее через ладонь прямо в тело Лжебеора. Дальше было дело техники. Натолкнувшись на чужую силу, я потянул ее на себя запуская поглощение, в то же время накачивая тело служителя своей энергией. Когда обмен произошел до конца, я заставил свою силу сгуститься вокруг сущности демона, которая ощущалось мной как заноза в пальце и заставил ее вскипеть. Раздался заполошный визг, который слышал только я. Тело Лжебеора выгнуло дугой, на его лбу проступили вены, а из носа полилась кровь. Спустя примерно полминуты все было кончено. Хаул был поглощен, а служитель умирал, пустым взглядом уставившись в небо. На остатках контроля я успокоил свою силу, впитал ее обратно и начал повторную циркуляцию. Энергия, уничтожившая сущность и впитавшая его ядро, прогонялась по моему телу, усиливая мой дар.

Когда поднялся на ноги, то чувствовал себя уже более-менее сносно. Конечно, сломанная рука еще болела, а ребра по-прежнему давали о себе знать. Но у меня хотя бы появилась уверенность в том, что в ближайшее время я останусь в сознании.

Выбравшись из ямы и еще раз осмотрев учиненные разрушения и приказав себе не думать о том, что могло случиться с Кергом я развернулся и направился в другой конец деревни, проходя мимо дома Беора и других, ныне пустовавших, туда, где на холме виднелась куполообразная крыша, венчавшаяся стилизованным кубком. Не знаю почему, но я был уверен, что Хаул Похоти находился именно там. Пройдя мимо последнего, бывшего когда-то жилым, дома, я пошел уже вдоль ограды местной молельни. Как водится, она занимала довольно большую территорию. Достаточную для того, чтобы в ней могли поместиться практически все жители деревни разом. Забор, ограждающий молельню, также был деревянным, однако в отличие от ограждений вокруг домов, это был именно полноценный забор в полтора человеческих роста, сколоченный из крепких бревен.

Пройдя через двухстворчатые ворота и дворовую территорию, я поднялся по ступенькам и не таясь толкнул дверь в молельню. Оказавшись внутри нос к носу столкнулся с мужчиной, одетым в серую робу служителя Фороса и стоящим прямо в центре стилизованного круга, вырезанного на полу, перед статуей святого. Мгновение мы изучали друг друга, а затем очередной служитель церкви свободных королевств с ехидной улыбкой заговорил:

– Я разочарован. Если в вашем ордене все такие же слабые как ты, то эта война закончится так и не начавшись.

– Слабые? – Невольно, но я начал злиться, поддавшись на провокацию непонятного типа в робе. – Сейчас проверим!

– Не смеши меня! – Кривляясь, всплеснул руками этот тип. Ты не в состоянии справится с бракованным. Про настоящих послушников и неофитов даже говорить не хочу. Да любой сопляк, только прошедший обряд посвящения во внутренний круг, разделает тебя под орех. Кха-ха-ха. – Его смех был похож на карканье целой стаи ворон.

Заметив удивление на моем лице, незнакомец проговорил:

– Что-же, я вижу, Литис нынче не особо просвещает своих подопечных. Впрочем неважно. Для меня и моего учителя, такие как ты – лишь собачий корм.

С этими словами за его спиной возникла огромная тень, а в мою сторону хлынул поток черной и густой тьмы, несущей с собой темноту и видение ночного шоссе, редко-редко освещенного фонарями, мои руки, лежащие на руле и странный голос, гремящий в голове:

- Ты хочешь силы?

Глава 1. Просьба

Триста тринадцать лет от восхождения Фороса, декабрь.