Читаем Шабаш Найтингейл полностью

Рицци думала, что провожатая поведет их к дому, где Антуанетта, Вильгельмина и Томас встречали их в прошлый раз. Однако девочка свернула совсем в другую сторону. Они прошли по небольшой площади, одна сторона которой обрывалась серебристой оградой с крайне живописной беседкой, нависающей над пустотой, и мимо журчащего мраморного фонтана. И затем остановились возле большого особняка на самом краю острова, своей архитектурой больше напоминающего сказочный замок, с тремя высокими башнями. В нем ярко горели все окна, из которых доносились звуки шумного бала.

Лилианна Эмброуз сделала жест рукой, и двустворчатые двери распахнулись.

Там, в холле с широкой лестницей и стенами, увешанными картинами в золоченых рамах, их встретила роскошно разодетая дама, очевидно, владелица этого места. Девочка-призрак что-то негромко сообщила ей и после мгновенно исчезла.

– Уважаемая Лилианна сказала, что вы хотели бы видеть Томаса Вэлфорда… – с вежливым светским видом обратилась дама к гостям. – Он был в списке приглашенных, так что я разыщу его для вас. Если хотите, можете пока присоединиться к танцам или угоститься едой и напитками.

– Благодарю, но у нас нет на это времени, – ответил ей Шерл Прамнион.

– Как будет угодно. Вам придется подождать, так или иначе, – понимающе, но не слишком заинтересованно сказала дама. – Все комнаты моего дома открыты для посещения. Займите себя, чем хотите. Грешно грустить в такой радостный день!

Она щелкнула пальцами, и верхняя одежда гостей, которую они держали в руках, взлетела вверх и сама отправилась в гардеробную. Дама же присела в легком реверансе и поспешила удалиться.

Переглянувшись с мужчиной, Патриция бросила косой взгляд на большой бальный зал, виднеющийся вдали по анфиладе, где в танце кружились призраки. Музыка звучала красивая, но какая-то жуткая, так что стало не по себе. И она предложила найти место более тихое и уединенное.

После некоторых блужданий по комнатам, усыпанным конфетти и серпантином, с шумными компаниями призрачных гостей, восседавших на креслах и диванах, им удалось отыскать небольшую комнату на третьем этаже, рядом с винтовой лестницей, ведущей на башню. Эта комната больше напоминала чей-то кабинет, совмещенный с небольшой библиотекой, но в ней, по крайней мере, никого не было.

С усталым вздохом Рицци опустилась на деревянную скамью у стены, поправив платье из изумрудного бархата, и ладонью вытерла пот, мелкими каплями выступивший на лбу. Погода на Эйрине никогда не менялась, в комнатах было слишком жарко и душно… Шерл Прамнион сел рядом, расстегнув свой белый френч и две верхние пуговицы рубашки под ним.

Патриция скользнула взглядом по бронзовой коже его шеи и щетине на подбородке, делающей лицо Шерла еще более мужественным, и по его темным глазам, чрезвычайно серьезным… Осознавая, что хотела бы поцеловать его здесь и сейчас, в этом кабинете, освещенном лучами закатного солнца, пока им никто не мешает и пока… они еще живы.

Она предложила помощь в расследовании отчасти потому, что надеялась решить заодно и свою проблему. Но, увидев все эти пляски и празднования, поняла, что никому, кроме жалкой горстки магов и одной человеческой девушки, не было никакого дела до Нью-Авалона и его бесславного прошлого. Едва ли им удастся исправить что-то в самый последний момент.

Во взгляде Шерла мелькнуло похожее сожаление, а его ладонь на мгновение дернулась, словно он хотел взять ее за руку, но вовремя себя остановил.

– Зря вы сопротивляетесь проклятию, мистер Прамнион, – протянула Патриция. – Хоть я и не понимаю, как у вас это выходит, лучше бы вы просто поддались ему и ушли. Боюсь, что меня окружает такая же тьма, как и весь наш мир.

– И бросил бы вас совершенно одну наедине со всеми проблемами? – уголками губ улыбнулся мужчина. – Тренировки и медитации в Ордене не прошли для меня даром. А вы и так слишком долго оставались в одиночестве, мисс Альфано.

Шерл явно пересилил себя и все же накрыл своей ладонь ее.

– Как бывший светлый, я не боюсь тьмы, – сказал он. – И считаю, что она может скрывать в себе нечто, что в итоге может оказаться драгоценнее всего…

Уже не слыша участившийся стук своего сердца, Рицци переплела пальцы с пальцами Шерла, рискуя всем… И даже закрыла глаза, ожидая услышать новые оскорбления, однако… этого не происходило. А ощущение прикосновения к его теплой бархатной коже вдруг показалось ей круче поцелуя.

Патриция подалась телом чуть ближе к мужчине, безрассудно желая раздвинуть границы проклятия еще больше. Проверить чары на прочность… Как дверь кабинета внезапно громко распахнулась. А в сам кабинет с хохотом ввалились Антуанетта Вайерд и Томас Вэлфорд, материальные и явно навеселе.