Волны слегка перемещали его, успокоительно покачивая.
— Ты еще тут?
— Боюсь, я не слишком осведомлен в религиозном вопросе. Я психолог. Я имею дело с тем, как люди думают. Во время учебы я не очень-то занимался религией.
— У психологии мало точек соприкосновения с религией.
— Так ты согласен?
— Это успокаивает.
— Кто я?
И в самом деле, кто?
Его подбрасывали волны, и он чувствовал глубокое умиротворение, несмотря на все трудности подобной беседы.
Я в затруднении, подумал Норман.
— Я в затруднении, потому что ты говоришь, как Джерри.
— Но Джерри на самом деле был Гарри.
— Значит, ты также и Гарри?
— Тогда кто ты?
— Тогда почему ты говоришь как Джерри или Гарри?
— Я не понимаю.
— Самого себя.
— Разве не так?
— Я уже знаю это. Это все знают, это же психологический трюизм, клише.
— Ты внеземной разум?
— Я нахожу, что с тобой трудно разговаривать. Ты дашь мне силу?
— Ту силу, которую ты дал Гарри и Бет. Силу заставить воображаемые вещи происходить на самом деле. Ты дашь мне ее?
— Почему нет?
— Я этого не чувствую.
— Тогда как же это произошло, что я получил силу?
— Я представил дверь открытой.
Покачиваясь на волнах, ожидая ответа, но ответа нет, а есть только это движение волн, умиротворяюще вневременное, убаюкивающее ощущение.
Через некоторое время Норман подумал: извини, но почему бы тебе не объяснить и не перестать говорить загадками.