Читаем Сфера полностью

— Гарри мутит воду с самого начала экспедиции… — заявила Бет. — Его дурацкие комментарии…

— На что ты намекаешь?

— Ты прекрасно знаешь о чем я говорю.

Норман направился к выходу.

— Куда это ты?

— Публика расходится… Вы мне уже надоели.

— Ах, мистер Холодный Психолог решил что мы уже надоели?

— Точно, — сказал Норман, не оглядываясь назад.

— Куда ты уходишь? Рассуди нас! — кричала Бет.

Он продолжал идти сквозь стеклянный туннель.

— Я с тобой говорю! Не уходи, Норман!

Он вернулся в камбуз и начал открывать ящики, разыскивая ореховые плитки. Он снова проголодался и поиски помогли ему на время позабыть о Бет и Гарри. Он допускал что был встревожен ходом событий.

Встревожен, но не удивлен. Норман давно убедился в истинности старого изречения «толпа трех». В стрессовой ситуации группам из трех человек присуща неустойчивость. И если кто-нибудь не определит свою твердую позицию, двое объединяются против одного. Что и произошло. Он кончил с одной плиткой и принялся за другую.

До конца шторма осталось не меньше тридцати шести часов.

Он хотел унести часть ореховых плиток на станцию, но полистироловый скафандр не имел карманов. В камбуз вошли понурые Гарри и Бет.

— Хотите орешков? — спросил он.

— Мы хотим извиниться, — сказала Бет.

— За что?

— Мы вели себя как дети, — сказал Гарри.

— Я жалею что потеряла самообладание. Я чувствую себя пол ной идиоткой, — сказала Бет, опустив глаза.

Интересно как мгновенно она переходит от агрессивной самоуверенности к жалкому самоуничижению, подумал он.

— Это все стресс… — примиряюще сказал он.

— Мне очень жаль, — продолжала Бет. — Я не могу здесь оставаться.

— Перестань хныкать и возьми шоколадку, — сказал Норман.

— Мне больше нравится, когда ты сердишься, — поддержал его Гарри.

— Я сыта ими по горло. До вашего прихода я слопала одиннадцать штук.

— С этой будет дюжина, — сказал Норман.

Возвращаясь на станцию, они держались друг друга и смотрели, нет ли поблизости кальмара. Оружие прибавляло уверенности. Кроме того, Нормана радовала разрядка напряженности.

— А ты неплохо смотришься с этой штукой, — сказала Бет.

Норман никогда не чувствовал себя человеком действий. Но теперь, сжимая в руках гарпунное оружие, он находил что это ему даже нравится. Он отметил что на пути выросло много голубых и ярко-пурпурных морских вееров.

Некоторые, достигшие высоты четыре-пять футов, приходилось даже обходить.

Совсем рядом проплывали стаи больших черных рыб с красной полоской Бет сказала что это рыбы-хирурги, обычные для региона.

Все изменилось, думал он не слишком доверяя своей памяти. Слишком многое влияло на его восприятие: высокое давление и раны, психологическое напряжение и страх.

Заметив краем глаза какое-то движение, он посветил фонарем и увидел извивающееся белое с черными полосками веретено с длинным тонким плавником. Он решил что это угорь и хотел рассмотреть его крошечную головку.

— Стой, — крикнула Бет, ухватившись рукой за Нормана. — Это морская змея!

— Они ядовиты? — спросил Гарри.

— Необычайно.

Змея придерживалась дна, очевидно разыскивая себе пропитание, и не обращала на них никакого внимания.

— У меня по спине ползут мурашки, — призналась Бет.

— Тебе знаком это вид? — спросил Норман.

— Кажется, морская змея Белчера, — сказала Бет. — Все тихоокеанские змеи ядовиты, но это самая ядовитая рептилия мира. Ее яд в сто крат смертельней яда королевской кобры или черной тигровой змеи.

— И если она тебя укусит…

— Не более двух минут, — они понаблюдали как она скользила среди водорослей, а затем скрылась из виду.

— Морские змеи, как правило, не агрессивны. Некоторые водолазы порой даже заигрывают с ними. Но я никогда… Подумать только! Змеи!

— Почему они такие ядовитые? Чтобы парализовать жертву?

— Знаете, что интересно, самые опасные создания мира обитают именно в воде, а среди сухопутных самый сильный яд получен от амфибии — жабы Bufotene Marfensis. В морях водится много ядовитых рыб. К примеру, фугу, которая в Японии считается деликатесом. Есть ядовитые моллюски, например звездный конус Alaverdis Lotensis. Однажды в Гуаме я стала невольной свидетельницей драмы. Женщина залюбовалась красивой раковиной звездного конуса и моллюск уколол ее руку. Она забилась в судорогах, а через час скончалась. Есть ядовитые водоросли, губки и кораллы… И змеи, даже самые слабые из которых очень смертельны. Среда океана старше суши и там была самая жесткая конкуренция и самая долгая эволюция.

— Ты хочешь сказать что через пару миллиардов лет на суше тоже возникнут ужасно ядовитые твари?

— Если все зайдет так далеко.

— Давай лучше прибавим ходу, — сказал Гарри.

Станция была совсем рядом. Из дырок на ее цилиндрах поднимались длинные гирлянды серебристых пузырей.

— Эту ржавую банку скоро затопит, — заметил Гарри.

— Думаю, нам хватит воздуха.

— Посмотрим.

— Поступай как знаешь, — сказала Бет. — Я все подсчитала.

Норман собирался сказать примиряющую фразу, но этого уже не потребовалось. Они подошли к люку и забрались в ГД-8.