Читаем Сфера полностью

— Норман, ты кажется немного встревожен… А знаешь, этот код действительно крепкий орешек, и, скажу всю правду, я не уверен что смогу его раскусить. Понимаешь, если здесь простая подстановка, то для описания буквы потребуется двузначное число, поскольку их двадцать шесть — я не беру в расчет знаки препинания которых здесь может и не оказаться — когда я вижу рядом 2 и 3 я не знаю это «2» и «3» или «23». Работа по подстановке займет много времени.

— Гарри, что происходило внутри сферы?

— Это тебя тревожит? — спросил Гарри.

— Почему ты думаешь что я чем-то встревожен?

— У тебя это на лбу написано… Знаешь, это поразительно, но я не помню абсолютно ничего!

— Гарри…

— Видит Бог, я чувствую себя превосходно… Головная боль прошла, я совершенно здоров. Но все потускнело, угасло, как забываются сны. Я помню что это было великолепно — какие-то огоньки, кружащие в вихре… вот и все.

— Как ты открыл дверь?

— Тогда меня как бы осенило, я знал что надо делать.

— И что же?

— Уверен, я когда-нибудь вспомню.

— Неужели ты забыл и это?

— А что, кто-нибудь хочет туда войти? Ну конечно же, Тед.

— Уверен, ему это страсть как хочется.

— Я не знаю хорошо ли это. Мне кажется, когда Тед вернется он прожужжит все уши — «Как я посетил чужую сферу», мемуары Теда Филдинга… но похоже, нам не доведется услышать конец этой истории. — Гарри расхохотался.

Тед прав, подумал Норман, он типичный маньяк. Гарри стал очень веселым, его сарказм сменился открытыми и оживленными манерами, да и его неуравновешенность говорит само за себя. Гарри заявил что не может разгадать код, сказал что не помнит что происходило внутри сферы, как ее открыть, и кажется не придает этому никакого значения.

— Гарри, первое время ты был чем-то встревожен.

— В самом деле? Я помню что у меня раскалывалась голова.

— Ты говорил что мы должны уходить на поверхность.

— Да?

— Но почему?

— Один Бог знает почему… Я был на грани безумия.

— Ты еще говорил что здесь опасно оставаться.

— Не принимай это близко к сердцу, — улыбнулся Гарри.

— Если ты что-нибудь вспомнишь, скажи мне.

— Разумеется, Норман. Можешь на меня рассчитывать.

— Нет, причина не в этом, — сказала Бет. — Во-первых, рыбы, не знакомые с человеком, просто не обращают на него никакого внимания.

Во-вторых, если бы водолазы взмутили дно, поднялось бы много питательных осадков, это только бы привлекло морскую фауну. В-третьих, многие виды так и тянет к электричеству. Так что креветки и другие создания скорей приплыли бы сюда раньше, а не сейчас, когда нет тока.

— Ну и как он? — спросила она, рассматривая одну из креветок в маломощный сканирующий микроскоп.

— Ты о Гарри? Мне кажется, с ним все в порядке.

— Он вспомнил что-нибудь о сфере?

— Еще нет.

— Разрази меня гром! — она вдруг покачала головой и начала регулировать микроскоп.

— В чем дело?

— Прочный спинной панцирь… Это тоже новый вид!

— Shrimрus Bethus? Ты так и гребешь открытия лопатой.

— Ага… Я осмотрела морские веера. Они тоже нового вида.

— Великолепно, Бет.

— Странно, — она включила мощную подсветку и разрезала креветку скальпелем. — Норман, мы не видели здесь никакой жизни и вдруг за пару часов находим три новых вида… Это тебе не кажется странным?

— Но Бет, ты же сама говорила что морские веера мы раньше попросту не замечали… А кальмары и креветки, разве они не мигрируют? Барнс сказал что ученые еще не спускались на такую глубину. Может быть это в порядке вещей?

— Вряд ли, — сказала Бет. — Когда я вышла наружу, я почувствовала необычность их поведения: креветки слишком тесно прижимались друг к другу, хотя обычно придерживаются дистанции около четырех футов, и вдобавок, они двигались как на охоте, хотя для них здесь не было никакой пищи.

— По крайней мере, известной нам.

— Но эти креветки не могут питаться, у них нет желудка!

— Ты это серьезно?

— Можешь убедиться.

Норман посмотрел на разделанную креветку — масса розовой плоти, разрезанная по диагонали. Бет очень устала и что-нибудь упустила из виду, подумал он. Ей не мешает как следует выспаться.

— Внешне она выглядит безукоризненно, исключая дорсальный веер хвоста, — сказала она. — Но внутри…. Такие существа не могут жить. У нее нет желудка, нет органов размножения. Это похоже на небрежную имитацию.

— Но они, тем не менее, живут.

— Да, — казалось, она была огорчена этим обстоятельством.

— Внутренности кальмаров были самыми обычными…

— Собственно говоря, нет… Когда я разделала кальмара, я обнаружила что у него недостает нервного узла, звездообразного ганглия и жабр… Ты понимаешь, Норман, у него не было жабр! Кальмар не мог дышать!

— Наверное, он дышал каким-то иным способом.

— Нет… Мы встретили здесь невозможных созданий, — она от вернулась.

Он понял что она вот-вот расплачется. Бет поспешно спрятала на коленях дрожащие руки.

— Ты встревожена.

— А ты? — она взглянула на Нормана. — Ведь все это началось с того момента, как Гарри вышел из сферы.

— Полагаю, да.