Воцарилась тишина. Глядя на эту хрупкую женщину, Марко думал о том, что сказал ему Ник незадолго до того, как привез ее сюда. Он сказал, что в Саре Фарнезе заключена глубокая тайна, настолько глубокая, что практически недостижима для посторонних. Ник почему-то считал, что именно эта тайна является причиной ужасных преступлений последних дней. Марко сомневался в этом, но не имел ни малейшей возможности опровергнуть предположения сына. Он почувствовал, что больше не завидует молодым, таким как Сара или Ник. Им еще только предстоит обжечь крылья в суровом пламени жизни, а он это уже прошел. Правда, Сара не производила впечатления юной и совершенно неопытной женщины. Похоже, она уже не раз обожглась и знает, почем фунт лиха.

– Сара, хотите посидеть со мной и послушать музыку? – предложил он.

– Конечно. – Она слабо улыбнулась.

Марко подъехал на коляске к музыкальному центру, нашел компакт-диск с записью Боба Дилана и щелкнул кнопкой. Комната наполнилась знаменитой мелодией "Идиотский ветер". Марко с грустью подумал, что впервые услышал этот взрыв гнева и боли в 1975 году. Как же долго он не мог понять, о чем это все, черт возьми!

26

Лука Росси выглядел крайне недовольным при свете ранней луны. Человек, которого он привез к Нику, наотрез отказывался войти в дом. Он хотел встретиться с Костой под прикрытием полицейских, но вне пределов слышимости. Именно это объяснил Лука Нику, когда постучал в дверь его дома.

– Ты сам должен спросить себя, что здесь делает этот человек, – тихо сказал он напарнику. – Почему они не оставляют нас в покое?

Конечно, он знал ответ на свой вопрос, но не желал произносить его вслух. Фальконе был прав: Ханрахан имеет какое-то отношение ко всем этим убийствам и, вполне возможно, действует от имени и по поручению кардинала Денни.

– Не понимаю, какой вред расследованию может нанести моя беседа с ним? – проворчал Ник.

Лука Росси скорчил гримасу, которую можно было понять так: самый большой вред заключается в том, что мы не знаем, с кем имеем дело.

Ханрахан стоял за высоким разлапистым деревом у небольшой стены, некогда служившей ограждением для загона овец. Начальник ватиканской охраны был полуосвещен передними фарами черного "мерседеса", стоявшего поодаль метрах в двадцати. Ник сразу узнал автомобиль – именно такие машины являлись в Риме признаком могущества их владельцев. Грозное лицо водителя "мерседеса" слегка освещали лампочки приборной доски. Несмотря на жару, Ханрахан был облачен в черную сутану, он напряженно дымил сигарой, глядя на полицейских. При виде Ника он подал им знак рукой, и они удалились вместе с Росси. Ник подошел к тучному ирландцу и крепко пожал протянутую руку.

– Замечательное место, – сказал Ханрахан. – И когда-нибудь, стоит надеяться, станет вашей собственностью. Неплохой дом для детектива.

– Что вам угодно? – буркнул Ник.

Ханрахан уставился на него, явно подбирая слова.

– Для начала было бы неплохо, чтобы вы меня поблагодарили. Если хотите знать, я пошел на серьезный риск, отослав вам видеокассету. У нас есть люди, которые многое бы отдали за то, чтобы узнать ее содержание.

– Благодарю вас, – с подчеркнутой вежливостью ответил Ник, – но мне кажется, что от нее немного пользы, слишком запоздалое решение. Теперь мы знаем, что Стефано Ринальди был не единственным, кому угрожала смерть.

Ханрахан пожал плечами:

– Я просто предложил вам то, чем располагал на тот момент времени. Не мог же я, в самом деле, знать, что случится потом. – Ханрахан вынул из кармана красиво оформленную коробку с сигарами, открыл ее и протянул Нику. Тот решительно отказался от угощения.

– Аккуратный, во всем безупречный парень, – не без ехидства заметил Ханрахан. – Если не ошибаюсь, именно так характеризуют вас коллеги. А теперь еще эта женщина, которую вы приютили в отчем доме. Кстати, как она себя чувствует? Я видел ее в телевизионных новостях, и она произвела на меня неплохое впечатление. Весьма привлекательная особа, насколько я могу судить. И к тому же ведет загадочный образ жизни. Кстати сказать, я сразу же разгадал тот трюк, который вы проделали с ней у церкви Иоанна и Павла. Неужели вы думаете, что кто-то поверил, будто между вами есть нечто большее, чем служебные отношения? Проницательного телезрителя не обведешь вокруг пальца, особенно если он знает, что целая толпа полицейских денно и нощно охраняет ваш дом.

Ник пожал плечами. Он не любил этого человека, считал слишком замкнутым и откровенно нечестным. Разговоры с ним ассоциировались у Ника с зубной болью.

– Не исключаю, что вам удастся наставить ее на путь истинный, – продолжал ерничать Ханрахан. – Хотя я до сих пор не понимаю, что заставило эту красивую и умную женщину вести себя неподобающим образом. Вот я, например, старый холостяк, но это мой личный выбор, а молодые люди в наше время ведут себя совсем по-другому. Мне кажется, они просто прожигают жизнь, лишая ее истинного содержания. Вы не задумывались, почему это происходит?

Ник помахал рукой, отгоняя удушливый дым сигары.