Читаем Сети шпионажа полностью

В тот же вечер Крафенберг пригласил к себе «С25». Он предложил ему прекрасный обед с крепкими винами.

Цель этого обеда была совершенно ясна: немецкий офицер рассчитывал напоить своего гостя и воспользоваться его болтливостью, чтобы выведать сведения, которые тот, возможно, скрывал. К счастью, «С25» имел проверенную способность много пить; большое количество крепкого бордо сказалось вскоре на самом немце.

Прекрасно разыгрывая свою роль, «дезертир» сделал вид, что он опьянел. Он стал болтливым, начал называть на «ты» своего хозяина и притворился, что нисколько не удивлен присутствием третьего человека, который бесшумно вошел в столовую и, растянувшись на диване, небрежно курил большую сигару.

Это был не кто иной, как генерал Шульц, старавшийся не упустить ни одной детали из этого разговора, так кстати оживившегося после сытного обеда.

Во время этой непринужденной болтовни генерал счел нужным задать какой-то вопрос. Крафенберг только теперь заметил присутствие своего начальника и, поднявшись как автомат, встал во фронт. Затем принесли ликеры. Беседа приняла еще более оживленный характер.

Во время разговора генерал Шульц внезапно устремил свой взгляд прямо в глаза «С25», фамильярно похлопывая его по плечу, сказал:

— Я не буду перед вами притворяться. Я прямо пойду к цели. Мне нужен такой человек, как вы.

После короткого молчания он добавил:

— Согласитесь ли вы вернуться во Францию? Я хотел бы, чтобы вы взяли на себя одно поручение. Вы сможете получить маленький капитал, который вам позволит, после того как мы выиграем войну, жить на ренту. Наша организация, видите ли, настолько сильна, что риск, которому вы можете подвергнуться, минимален. Так как вы свободно говорите по-испански, то дело уладить очень просто: мы поможем вам переменить национальность, а дипломатический паспорт, которым вы будете снабжены, откроет перед вами все двери! Я даю вам время подумать до завтра. Имейте в виду, что в случае отказа вы будете немедленно отправлены обратно в лагерь, где будете горячо раскаиваться в вашем решении; если вы согласитесь, я отвечаю за ваше будущее и ваше благосостояние. Завтра вы мне дадите окончательный ответ.

Затем «С25» проводили в комнату, специально приготовленную для него на ночь.

На другое утро агента снова привели в комнату, где он обедал накануне. Там он застал обоих офицеров склонившимися над картами, испещренными карандашом.

— Ну, что же? — добродушно спросил капитан.

— Я согласен, раз так нужно, — решительно ответил мнимый дезертир.

Голос Крафенберга сделался суровым:

— Если вы обманете наше доверие или будете сообщать нам ложные сведения, то считайте себя мертвым; мы разделаемся с вами, как с собакой; мне не нужно говорить, каким образом это будет сделано… Но так как вы, По-видимому, согласны работать с нами, то подпишите этот контракт.

Капитан протянул «дезертиру» отпечатанную на пишущей машинке бумагу, гласившую:

«Я даю слово всеми моими силами служить Германии, которая начиная с этого дня будет моим единственным отечеством. Я обещаю сохранять конспирацию, быть осторожным и мужественным при выполнении возложенных на меня поручений.

В этом я клянусь перед богом!»

Вот каким образом «С25» вступил в секретную армию немецких шпионов.

На следующий день «С25» получил приказ отправиться в Барселону в распоряжение начальника немецкой разведки. Здесь ему после краткого экзамена предложили редактировать еженедельную французскую газету, издававшуюся в Испании немецкой разведкой.

На этом посту агент «С25» не замедлил обратить на себя внимание своего начальника; его изящный и легкий стиль заслужил самую лестную оценку. Скоро ему был поручен ответственный отдел, который устанавливал связь между различными лагерями французских беглецов в Испании.

Немцы широко распространяли свою газету, которая каждую субботу регулярно выбрасывала очередную порцию лжи.

В этот период французское правительство начало посылать в Испанию специальных агентов с задачей побуждать дезертиров к возвращению на родину. Дезертирам гарантировалось полное прощение при условии, что они искупят свою вину участием в борьбе с противником.

Немцы немедленно приняли решительные меры и организовали контрпропаганду. Это дело было поручено «С25» и нескольким другим агентам немецкой разведки. Они действовали очень успешно, всячески мешая возвращению дезертиров во французскую армию.

Через месяц работа «С25» в газете была внезапно прервана телеграммой, которая предписывала ему вернуться в Сан-Себастьян. Там капитан Крафенберг объявил ему, что период испытания окончен и что его способности будут использованы на другом, более сложном деле.

Агента одели с головы до ног во все новое, а затем снабдили необходимыми документами и паспортом с печатями испанской государственной канцелярии. Так он превратился в сеньора Мигуэля де-Паленсия, официального делегата международного общества Красного Креста.