Целовались. Просто целовались, один раз два года назад. Выпивши. Бывает. Это ничего не меняет.

– Не молчи, Джо, – попросила Мел сдавленным голосом. – Сядь, пожалуйста.

Я снова опустился на кровать, пытаясь проморгаться и побороть головокружение.

– Господи, Мел, ну и новости. Я в шоке. О чем ты вообще думала?

– Я же говорила… Не думала. Это алкоголь. Я понимаю, что так себе оправдание…

– Вообще не оправдание!

Она замолчала, подбирая слова.

– Прости меня, Джо. Мне правда очень стыдно.

– Кроме этого ничего не произошло?

– Это был просто поцелуй. Глупый пьяный поцелуй, только и всего.

– А почему ты мне об этом тогда не рассказала. Или позже?

– Потому что мне было стыдно, я сама не могла поверить, что это случилось, и боялась, как ты среагируешь. А к тому моменту, как я справилась с чувством стыда, показалось, что можно уже к этому и не возвращаться, – этот эпизод ушел в прошлое. Ясное дело, Бет я тоже не могла об этом рассказать. Да и вообще, ничего же не случилось. Ничего серьезного.

– Но сейчас вот решила рассказать.

– Да.

– Почему?

Она всхлипнула и промокнула глаза салфеткой.

– Понимаешь… После того вечера Бен изменился.

– В отношении к тебе?

– Да. Он не давал мне забыть о том случае.

Глава 17

В голове у меня щелкнуло, как будто шестеренки зацепились одна за другую.

– Он хотел продолжения?

Мел кивнула:

– Он хотел, чтобы мы с ним были вместе. Да, мы знакомы с университета, и познакомила нас Бет. А потом мы пересекались на вечеринках, свадьбах, крестинах и прочих подобных мероприятиях. Но ничего не было. А после свадьбы Шарлотты и Гэри он добавил меня в друзья в фейсбуке, раздобыл каким-то образом мою электронную почту, а потом номер мобильного. При этом все было ненавязчиво, наоборот, он был очень милым и разговорчивым, по крайней мере, вначале. И меня сначала это все не особо напрягло, но потом он захотел быть ближе, выйти за рамки просто дружеских отношений, общаться все больше и больше. Я пыталась держать его на расстоянии и несколько раз даже получилось заставить его успокоиться – тогда он соглашался, что мы можем быть просто друзьями. Очень хорошими друзьями. Но я знала, что надолго он этим не удовлетворится и все начнется сначала. Знаешь ведь, как это у него заведено?

– Все или ничего?

– Именно. В общем, в конце концов, он договорился до того, что весь переезд в Лондон – включая перевоз семьи и компании – он затеял, чтобы быть ближе ко мне, чтобы мы могли быть вместе. Он сказал, что нам суждено быть парой.

– И когда это было?

– Несколько месяцев назад.

– А Бет ты так ничего и не рассказала?

– Как ты себе это представляешь? «Кстати, дорогая, я тут случайно поцеловалась с твоим мужем и выяснилось, что он без ума от меня, хочет со мной спать и жениться на мне. Да, и, если вдруг не дошло, тебя он больше не любит». Я хотела с ней поговорить, но так и не смогла придумать, как это сделать, чтобы не разрушить жизнь всем вокруг.

– Какой же он все-таки мерзавец. Никогда бы не подумал!

– Не так давно он стал просто невозможным. Я поняла, что тянуть больше нельзя. Мне уже было плохо от того, что он начал говорить.

– Например?

– Например, что он готов на все, чтобы мы были вместе. На все. Это было слишком даже по сравнению с тем, что он говорил раньше, и я начала по-настоящему беспокоиться.

– Как ты думаешь, что он имел в виду под этим «всем»?

Мел пожала плечами:

– Не знаю. Развестись с Бет, устроить тебе что-нибудь.

– Что-нибудь?

– Не знаю. В общем, я начала бояться, что он и впрямь совершит какую-нибудь большую глупость. И тогда попросила его встретиться со мной в отеле.

– И что произошло, когда вы встретились?

Она не ответила.

– Очевидно, что-то произошло, – сказал я. – Иначе он не бросился бы на меня на парковке, не напился бы и не ушел из дома с дробовиком.

Мел снова всхлипнула, а когда заговорила, то ее было еле слышно:

– Я сказала ему, что он должен остановиться, что я так больше не могу. Что мы не будем с ним вместе, и что если он от меня не отстанет, то я расскажу и Бет, и тебе обо всей этой истории. Повторяла, что люблю тебя, что ты мой муж и лучший друг и так будет всегда.

– Он разозлился?

– Пришел в ярость.

– Получается, что он одержим тобой.

– Угу.

– И поэтому ненавидит меня.

Она кивнула, но взгляда не подняла.

– Тебя он называет «типичным неудачником».

Я вспомнил, как Бен обычно разговаривал со мной на вечеринках. Мы никогда не общались близко, так, знакомые знакомых, но он все время отпускал мелкие шуточки и колкости на тему денег, амбиций и успеха. И у всех них был один подтекст: смотрите, кто из нас двоих более успешен. И он всегда выставлял это напоказ. Я-то думал, что он смотрит на меня сверху вниз, как на невзрачного школьного учителя с недорогим домом в не самом лучшем районе и старой машиной. Но сейчас картина прояснилась.

Снисхождение.

Ревность.

Ненависть.