Читаем Сестра тени полностью

– Пойдем поищем Орландо, – предложила я ему. – Уверена, лучше него никто не расскажет тебе историю на сон грядущий.

– Да, – согласился со мной Рори.

– И покажи мне, пожалуйста, где твоя спальня.

Рори повел меня по парадной лестнице на второй этаж. Там мы пошли по длинному коридору с рассохшимися половицами, которые отчаянно скрипели под нашими ногами. Наконец мальчик остановился возле самой последней двери.

– Моя комната.

Он распахнул дверь, и я вошла в комнату. Первое, что бросилось в глаза, это обилие футбольных постеров. А еще яркое разноцветное одеяло с изображением Супермена и обилие рисунков, беспорядочно развешанных по стенам и закрепленных с помощью изоленты.

– Кто все это рисовал? – поинтересовалась я у Рори, пока тот укладывался в кровати.

– Я, – ответил он, вскинув большой палец.

– Вот это да! Ты настоящий молодец, Рори! – искренне восхитилась я и прошлась по комнате, разглядывая рисунки.

В дверь негромко постучали. Следом в комнату вошел Орландо.

– Вы как раз вовремя! – улыбнулась я ему. – Рори хочет, чтобы вы ему почитали его самую любимую сказку.

– С превеликим удовольствием. Какую книгу берем?

Рори жестом указал на книгу Льюиса «Лев, колдунья и волшебный шкаф» из серии «Хроники Нарнии».

– Как? Опять? Может, перейдем к другим книгам этой серии? Я же тебе столько раз говорил, что «Последняя битва» – это, пожалуй, моя самая любимая книга.

Не желая мешать им и нарушать устоявшийся вечерний ритуал, я тихонько направилась к дверям, но когда проходила мимо кровати, Рори тут же распростер свои ручонки, желая обнять меня. Я тоже крепко обняла мальчика.

– Спокойной ночи, Стаах.

– Спокойной ночи, Рори, – улыбнулась я в ответ и, взмахнув рукой на прощание, вышла из комнаты.

Итак, Орландо и Рори благополучно заняты вечерней сказкой. Самое время немного осмотреться. Я спустилась вниз и в полумраке добрела до гостиной. Там я немного задержалась, разглядывая многочисленные фотографии в рамочках, расставленные на приставных столиках вдоль всех стен комнаты. Большинство фотографий были старыми черно-белыми снимками, запечатлевшими неизвестных мне людей в вечерних нарядах. Я невольно улыбнулась, увидев одну цветную фотографию: Рори, гордо восседающий на пони, а рядом с ним Маргарет.

Потом я двинулась по коридору вглубь дома и вскоре обнаружила комнату, скорее всего, служившую кабинетом. Огромный письменный стол, явно старинный, заваленный бумагами, стопки книг на полу, пепельница, полная окурков, и пустой бокал из-под вина весьма ненадежно примостились на широком подлокотнике старого кожаного дивана, угрожая рухнуть на пол в любую минуту. Множество эстампов на стенах. Выцветшие от времени обои, местами и вовсе порванные, красноречиво свидетельствовали, что ремонт в этом помещении осуществлялся очень давно, если вообще его когда-либо делали. Над камином портрет красивой белокурой женщины в нарядном платье по моде Эдвардианской эпохи. Я переступила через урну, набитую до отказа бумагами, чтобы подойти поближе и получше разглядеть изображенную на портрете даму, но в этот момент услышала звук шагов по лестнице и тотчас же ретировалась на кухню. Мне не хотелось, чтобы Орландо узнал, что я брожу по чужому дому без разрешения.

– Итак, один родственник, слава богу, обихожен и благополучно заснул. Самое время… – Орландо выставил на стол бутылку красного вина и полдюжины яиц, – заняться вторым родственником. Не будете ли вы столь любезны, чтобы приготовить омлет для нас двоих?

– С удовольствием, – ответила я, уже вполне освоившись на чужой кухне и ориентируясь на ней как у себя дома.

И действительно, не прошло и пятнадцати минут, как мы с Орландо уже восседали за столом, наслаждаясь вечерней трапезой в самой непринужденной обстановке. Прямо как старая супружеская пара, усмехнулась я про себя. Точнее, как брат с сестрой. Последняя аналогия все же показалась мне более уместной.

– Завтра мы с Рори собираемся устроить для вас экскурсию по поместью. Зная ваше трепетное отношение к ботанике, могу себе представить, в какой ужас вы придете, увидев, в каком скверном состоянии находятся здешние сады. Все крайне запущено, но в этой заброшенности есть тоже свое очарование, как мне кажется. Останки былого величия… Ну, и тому подобное, – Орландо тяжело вздохнул. – А причина банальна и лежит буквально на поверхности. Весь корень зла, если позволительно использовать подобную метафору, кроется в нехватке средств. Только и всего…

– Думаю, дом прекрасен даже в таком состоянии.