Читаем Сесилия полностью

Однако миссис Харрел взяла ее под руку, ввела к гостям и одного за другим представила их подруге. Сесилия вскоре поборола изумление и, сев меж двух девиц, попыталась сделать вид, что нисколько не смущена. Это оказалось нетрудно. Вскоре выяснилось, что компания не столь уж велика и гости держатся свободно, мало различая чины и ранги. Сесилия еще не бывала в Лондоне (слабое здоровье дяди не позволяло им наведываться сюда), но не чувствовала себя в обществе чужой. Она жила в уединении, но не в затворничестве. В доме декана она в течение нескольких лет была хозяйкой на обедах, дававшихся для первых людей графства. Оттого-то девушка поглядывала на своих соседок скорее с желанием заговорить с ними, чем с робостью. Однако старшая, мисс Лароль, была занята беседой с каким-то джентльменом, а безразличное молчание и важность младшей, мисс Лисон, отнюдь не воодушевляли Сесилию. Так, не занятая никаким разговором, всю первую половину вечера она провела, наблюдая за людьми.

Общество также не преминуло обратить на нее внимание. Дамы составили опись ее костюма и меж собой решили, что, будь у них столько денег, они одевались бы совсем иначе. Мужчины судачили, накрашена Сесилия или нет. Один из них дерзко утверждал, что она порядочно нарумянена.

Примерно через полчаса собеседник мисс Лароль вышел, и девица, внезапно повернувшись к Сесилии, воскликнула:

– Что за чудак этот мистер Медоуз! Заявил, знаете ли, что неважно себя чувствует и не пойдет к леди Найланд! Какая нелепость!

Сесилия, изумленная подобной бесцеремонностью, вежливо, но молча внимала своей соседке.

– Но вы-то там будете? – продолжала мисс Лароль.

– Нет, сударыня, я не имею чести знать ее милость.

– Так что! Миссис Харрел вас познакомит, леди Найланд пришлет вам билет, и вы сможете пойти.

– Билет? – повторила Сесилия. – Леди Найланд пускает гостей по билетам?

– Не поняли? – громко расхохоталась мисс Лароль. – Билет – это визитная карточка с именем. У нас их зовут билетами.

Сесилия поблагодарила ее за сведения, а мисс Лароль в ответ поинтересовалась, сколько миль мисс Беверли проделала в это утро.

– Семьдесят три, – сказала Сесилия, – а потому прошу прощения за неподобающее платье.

– О, вы в полном порядке, – ответила ее собеседница. – Что до меня, я никогда не думаю о нарядах. Но только представьте, что случилось со мной в прошлом году! Я приехала в столицу девятнадцатого марта! Ужасная досада, не правда ли?

– Вероятно, но, боюсь, не понимаю почему.

– Вы разве не знаете, что именно в ту ночь лорд Дэрьен устроил большой маскарад? Я ни за что на свете не пропустила бы его! Мы прибыли с жутким опозданием, а у меня ни билета, ни костюма! Вообразите, какое несчастье! Впрочем, в десять или одиннадцать часов обнаружилось, что одна моя знакомая девица, к величайшему счастью, внезапно слегла. Ну, она и прислала мне свой билет – разве не восхитительно?

– Особенно для нее, – засмеялась Сесилия.

– Я чуть с ума не спятила от радости, – продолжала мисс Лароль. – Засуетилась, нашла очаровательнейшее платье. Если пригласите меня как-нибудь утром, я вам его покажу.

Сесилия, не готовая к немедленной раздаче приглашений, лишь поклонилась в ответ, а мисс Лароль, слишком занятая своим щебетаньем, чтобы обижаться на молчание собеседницы, продолжила повествование:

– Дальше хуже! Вообразите: все готово – но не найти парикмахера! Я думала, умру с досады. Моей собственной служанке пришлось сделать мне самую обычную прическу. Разве не унизительно!

– Да, – ответила Сесилия, – полагаю, вы почти пожалели, что девица, подарившая вам свой билет, расхворалась.

Тут их прервала миссис Харрел, подошедшая в сопровождении серьезного и скромного юноши.

– Счастлива видеть вас обеих за приятной беседой. Однако братец упрекнул меня, что я представила мисс Беверли всех гостей, кроме него.

– Не смею надеяться, что в памяти мисс Беверли найдется для меня местечко, – промолвил мистер Арнот. – Сам я давно не был в Суффолке, но сразу узнал бы ее, даже повзрослевшую.

– Удивительно! – иронически воскликнул какой-то пожилой господин, стоявший поблизости. – С такой-то заурядной внешностью!

– Я хорошо помню: когда вы уехали из Суффолка, я решила, что потеряла лучшего друга, – сказала Сесилия.

– Неужели? – обрадовался мистер Арнот.

– Ну разумеется, ведь во всех спорах вы были моим защитником, в играх – товарищем, в любых затруднениях – помощником.

– Сударыня, – заметил пожилой господин, – если вы любили его потому, что он был вашим защитником, товарищем и помощником, – умоляю, полюбите и меня, я готов стать для вас тем же.

– Вы очень добры, – рассмеялась Сесилия, – но нынче я не нуждаюсь в защитниках.

Тут мисс Лароль, принадлежавшая к многочисленному племени женщин, коим докучает любая беседа, если они в ней не участвуют, покинула свое место, и его тут же занял пожилой господин – мистер Госпорт, новый знакомый Сесилии.

Тем временем гости разошлись, беседа прервалась, и мистеру Госпорту также пришлось откланяться, о чем Сесилия не слишком жалела – ей не терпелось остаться вдвоем с миссис Харрел.