Читаем Сержант сэр Питер (ЛП) полностью

Итак, однажды на пути в Лондон Дэппи оказался в одном купе первого класса с хорошенькой мисс Мортимер из Филадельфии. Она успела многое рассказать о себе: сейчас она путешествует по Европе, тихо, без особых излишеств и затрат; у ее отца был маленький магазинчик; она собирается остановиться в небольшом отеле на Стрэнде, и еще немало подобных вещей.

Дэппи был доброй душой. Ему нравилось помогать женщинам, и уж тем более таким хорошеньким и милым, как мисс Мортимер.

Спустя месяц они решили пожениться и устроили помолвку. Медовый месяц планировалось провести в на озере Комо в Италии, где Дэппи тайно снял роскошную виллу — он хотел произвести впечатление на новобрачную своим богатством.

Отдавая должное мисс Лиль, следует сказать: она понятия не имела, что Дэппи очень богат. Она рассматривала пренебрежение к деньгам как смертный грех, свойственный людям ее профессии, а Дэппи считала всего лишь зажиточным мошенником — и не более.

Что касается Дэппи, то он совершенно изменился. Мисс Мортимер стала для него центром вселенной. И когда он случайно повстречал Руни на Стрэнде, он все еще не подозревал о ее подлинной сущности. Лишь позже…

— Занятно, — сказал Руни, услышав о мисс Мортимер. — Я узнал эту дамочку, как только ее увидел. У ее отца есть магазинчик...

Дэппи едва знал Руни — впрочем, достаточно, чтобы знать о том, что его репутация была неважнецкой. Однако в благодарность за то, что тот по достоинству оценил его невесту, он принял Руни в банду. Дружеские отношения переросли в доверие, и Руни получил работу и предложение с щедрым вознаграждением.

Как-то ночью Руни проезжал по улице Актон, и у него что-то случилось с колесом. По случайности как раз в этом месте пересекались маршруты двух полицейских, патрулировавших город. Они и помогли ему справиться с поломкой.

В то же самое время в Актонском отделении Лимингтонского и Лондонского банка происходило ограбление. На тот день в банке находилась большая сумма в силу закрытия платежных ведомостей на нескольких местных крупных заводах. В четыре часа утра полицейские обнаружили, что двери банка открыты. Ночной сторож лежал связанным по рукам и ногам в маленькой звукоизолирующей телефонной будке.

Полицейский обнаружил бы его раньше, если бы не отвлекся на столь ловко подстроенную автомобильную аварию.

Показания ночного сторожа о том, как все произошло, были размытыми. Сам он не пострадал (что было характерным почерком в делах Дэппи), но его рука была исколота шприцем для подкожных инъекций. Сторож помнил лишь, что на его голову накинули пальто и повалили его на пол. На этом его воспоминания обрывались.

***

У Дэппи было железное алиби — он находился в Лондоне; к тому же с доказательством алиби ему помогли досужие парламентарии, принявшие новые полицейские правила, запрещавшие задавать подозреваемым целый ряд вопросов. Не было никаких свидетельств, в силу которых его можно было задержать, однако в ночное время с него не спускали глаз.

Руни появился в Скотленд-Ярде после долгого телефонного разговора, и, несмотря на то, что его информация не заслуживала доверия, а в его рассказе наличествовали многочисленные несостыковки, начальник полиции поверил ему — ведь тот был информатором.

Как-то вечером Питер вслед за Дэппи вошел в ресторан в районе Сохо и сел за его столик. Юркий человечек вопросительно посмотрел на Питера.

— Вооружен, Дэппи?

— Никогда не считал нужным. Зачем?

— Мы с вами немного прогуляемся, и я бы предпочел сам понести ваш багаж.

Дэппи изменился в лице.

— Это какая-то ошибка?

Питер покачал головой:

— Это задержание, — сказал он. — И я думаю, что на этот раз вы уж попадетесь. Если вы не дурак, то понимаете, что вы пойдете под суд не за одно дельце.

Полицейский автомобиль ожидал их у выхода, и через десять минут Дэппи сидел в окружении четырех детективов.

Дэппи понял, что его предали. Кто-то донес на него, и ситуация была поистине отчаянная. Впрочем, он не подозревал Руни до тех пор, пока Питер не упомянул о происшествии с поломкой автомобиля. В этот момент Дэппи все понял, причем это была уже не догадка — он знал наверняка.

— Руни Райал, верно? Но вам еще нужно доказать все это, джентльмены, и я не думаю, что у вас для этого есть улики. Прошу только об одном, — он обратился к Питеру, — моя невеста не должна ничего об этом знать.

Питер с улыбкой покачал головой:

— Ваша невеста знает об этом все, разве что, кроме того, чего знать и не стоит. Они с Руни друзья или даже больше чем друзья.

Питер нарочно так прямо сказал ему об этом, надеясь, что это сломит Дэппи. Тот впервые слышал правдивую историю Канадки Лиль. Питер заметил, что лицо Дэппи побелело, и тот умолк.

И сам допрашиваемый, и допрашивающие его прекрасно знали, что несмотря на информацию, предоставленную доносчиком, Дэппи не удастся изобличить — разве что он сам себя выдаст. Но Дэппи стойко стоял на своем, не желая сдаваться своим врагам.