Читаем Серый полностью

Мощность излучения соответствует стационарному сканирующему устройству класса «линкор» или «малая станция».

Ну, линкору, а это, я так понял, один из самых больших классов космических кораблей, тут уж точно делать нечего, он бы не смог здесь даже спокойно маневрировать.

А вот замаскировать небольшую космическую станцию в астероидном поле, особенно если её снабдить мощными силовыми щитами, дело вполне разрешимое и главное в духе тех, кто хочет, чтобы посторонние о них не знали.

И нейросеть вычислила зону вероятного расположения источника сигнала.

Она как раз совпадала с одним из астероидов.

Получалось, что или станция была расположена в этом камне, или она была замаскирована под него.

Однако выяснять это было слишком опасно.

Бот был переведён на пассивный режим энергообеспечения и сканирования пространства.

По сути активными в нём осталась лишь система жизнеобеспечения, сканеры, работающие на пассивный приём, и искин корабля.

Всё остальное оборудование было экстренно отключено от генератора энергии.

Нужно было покинуть зону активного слежения станции.

Тот ещё вопрос.

Как можно лететь, не имея возможности включить двигатели? И уж тем более, не попадая в зону активного сканирующего излучения?

Ответ был на поверхности, его я заметил, рассматривая составленную нейросетью модель.

Необходимо перемещаться по секторам перекрытия, образующимся в моменты наложения проекций близкорасположенных астероидов.

Дожидаться подобного события было достаточно долго, но я по счастливой случайности попал лишь на границу сканирующего поля станции и поэтому мог попытаться выбраться из неё незаметно.

Нейросеть составила очередной маршрут, разбившийся на этапы вида:

— Висим в космосе с отключёнными маршевыми двигателями, дожидаясь совмещения слепых зон двух смежных астероидов.

— Резкая подача энергии.

— Рывок и переход в новую слепую для сканеров станции зону, принадлежащую другому космическому объекту.

И так требовалось повторить пять раз.

До ближайшего слияния зон невидимых сканерам станции было полчаса.

Я вышел из транса. По сути, сейчас я ничего не мог сделать. Только ждать.

Ну а уж, коль мне выпала полностью свободная минута, то можно было отдохнуть немного.

А потом приступить к глобальной инвентаризации.

И проверить я должен был не только собственное честно нажитое имущество.

Но и свои неизвестно как приобретённые и странно проявившиеся способности, относящиеся ко многим областям знаний и умений.

Мне было необходимо понять, что я умею и знаю.

По прогнозу нейросети, весь цикл выхода из астероидного поля должен был составить суммарно чуть более семи часов, и поэтому у меня было время.

Но сначала отдых.

«Нейросеть, разбудишь, если потребуется моё вмешательство», — дал я команду поднять меня в случае каких-то непредвиденных обстоятельств и, скомандовав уже самому себе, отключился.

«Оказывается, я умею и это», — было моей последней мыслью перед тем как я отрубился, сидя прямо в кресле пилота.

* * *

Очнулся я пять часов спустя.

С определением времени у меня теперь не было никаких проблем. Нейросеть фиксировала каждое событие буквально до микросекунд, а может, и с ещё большей точностью.

Ну и чем заняться в первую очередь?

Способности или имущество?

Шевелиться пока не очень хотелось, хотя чувствовал я себя полностью отдохнувшим.

И поэтому решил начать с того, что не заставит меня особо шевелиться и напрягаться.

Счёт. Транс.

«Ну и как мне понять, а что же я знаю?» — задал я себе вполне закономерный вопрос.

Ну и, конечно, получил вполне закономерный ответ.

«Нужно спросить нейросеть!»

Тогда переформулирую вопрос.

«А что бы я хотел узнать у нейросети? Так, чтобы и она смогла интерпретировать мой вопрос верно?»

И тут я вспомнил о том, что было больнее, чем пытки Хозяйки.

О подключении нейросети к какой-то базе знаний пользователя.

Расшифровать полученные результаты сканирования медицинского модуля нейросеть смогла именно благодаря доступу, полученному к этой базе.

А значит, и вопрос будет следующий:

«Нейросеть, сгруппируй данные в базе знаний пользователя по их целевой задаче и перечисли основные области их применения», — дал я своё распоряжение.

Выполняю, — ответила она.

И на интерфейсе замелькали какие-то непонятные символы.

«Хотя почему непонятные? Это же системные команды для работы с базами знаний, — пришло ко мне понимание увиденного в интерфейсном окне нейросети. — Это же подключился режим отладки кода, — дошло до меня, — и каким это образом я смог к нему подключиться?»

Подключение к интерфейсу прямой отладки программного обеспечения произведено в связи с нестандартной ситуацией и нетипичной постановкой задачи оператором. Отключить режим отладки?