Читаем Сергей Непобедимый полностью

Они вдвоём подошли к залу с открытыми дверями. Кто-то из него выходил – был объявлен короткий перерыв. Сергей Павлович вошёл и увидел Зверева. Тот жестом пригласил его к своему месту, а вскоре переток людей завершился, двери в зале закрылись, и Совет обороны СССР продолжил свою работу. Здесь Сергей Павлович впервые так близко увидел тот круг официальных лиц – руководителей КПСС и Союзного правительства, фамилии которых часто упоминали на телевидении и по радио. Он не удивился составу секретного руководящего органа власти. «Других-то здесь быть не должно», – подумал он тогда. В середине длинного стола, за которым расположились члены Совета обороны, сидел его председатель – генсек ЦК КПСС Л. И. Брежнев.

Леонид Ильич открыл лежащую перед ним красную папку и объявил тему предстоящего разговора. В ряду важных проблем надлежало обсудить положение дел в Сухопутных войсках Вооружённых сил Советского Союза. С кратким докладом выступил один из заместителей министра обороны. Непобедимый слушал внимательно. По мере представления аудитории множества фактов и анализа положения вещей, в котором была дана общая позитивная оценка, спецдокладчик, как и ожидал Сергей Павлович, после слова «однако» энергично перешёл в «красную зону» критических суждений и замечаний. Самым весомым тут был аргумент, что сухопутные войска потенциально могут быть более уязвимыми при налётах боевой авиации противника при современной тактике её использования в боях. Далее шёл детальный рассказ о том, какими потерями это может обернуться для наземных войск.

Нельзя было не ощутить, что тщательно отшлифованный текст сообщения в своей критической части нёс в себе мощный потенциал для «оргвыводов» в отношении тех, кто по должности должен отвечать за любое объективное упущение в организации обороны, что, по-видимому, подразумевалось в прозвучавшем докладе. Сергей Павлович в тот момент хорошо понимал, куда клонил выступающий перед высшим руководством страны. Суть в том, что после появления зенитных ракетных комплексов их боевые заряды стали доставать противника на самых больших высотах. У всех на устах в те времена был пример американского пилота самолёта У-2, который после нахального пролёта через территорию СССР был сбит на высоте двух десятков километров. Вскоре другой американский самолёт-разведчик был уничтожен над Кубой советской ракетой ЗРК.

Уязвимость боевой авиации перед новыми средствами противовоздушной обороны заставила военных специалистов искать иные способы преодоления или избежания зон поражения. Отчёты по этой теме регулярно ложились на стол главного конструктора, и он их всегда внимательно читал. В то время для Непобедимого уже не было секретом, что отечественные и зарубежные аналитики пришли к логичному выводу, что проследование через зоны огневого поражения от систем ПВО надо находить в комбинации новых приёмов использования реактивных самолётов. Так зарождались идеи полётов на максимальных скоростях и на минимальных высотах.

Он внимательно следил за развитием военной мысли в этом направлении и уже в деталях знал, что подразумевается под такими многозначными терминами, как противозенитный, противоракетный или противоистребительный маневры, как проводится построение боевых порядков авиации, что такое проход или обход зон поражения по направлению и высоте… Для главного стратегического противника тех лет – США – новые познания в этой сфере были архиважны. Ведь американцы вели войну во Вьетнаме и во время своих безжалостных бомбардировок теряли немало самолётов. Именно они и вместе с ними израильские военные на Ближнем Востоке интенсивно искали способы уменьшения своих потерь в воздухе. Они настойчиво методом проб и ошибок нащупывали «коридоры выживания» для своих скоростных машин, несущих смерть людям, которые жили за тысячи километров от благословенных Штатов и никак не покушались на их благополучие.

Когда спецдоклад был закончен, на несколько мгновений возникла небольшая пауза. Её вскоре прервал Л. И. Брежнев, первое лицо огромной страны – тогда ещё он выглядел довольно молодо и при этом демонстрировал умение без особой сложности и задержки вникать в суть многих проблем в жизни государства. Ему, вернувшемуся с Великой Отечественной войны после освобождения Праги генерал-майором, всегда были близки заботы военных о модернизации армии. В начале выступления он справедливо отметил растущую мощь Вооружённых сил страны, одобрительно отозвался об огромных усилиях и затратах для укрепления обороноспособности Союза. Но далее он сделал упор на той части спецдоклада, в которой шла речь о потенциальной слабости защиты сухопутных войск от налётов авиации.