Читаем Сергей Круглов полностью

8 февраля 1954 года состоялось заседание Президиума ЦК КПСС по вопросу образования Комитета государственной безопасности СССР. На этом партийном форуме присутствовали Хрущёв Н.С., Маленков Г.М., Каганович Л.М., Ворошилов К.Е., Булганин Н.А., Микоян А.И., Сабуров М.З., Суслов М.А., Первухин М.Г. и Шаталин Н.Н., а также были приглашены Круглов С.Н. и Серов И.А. Техническую стенографическую запись Протокола № 50, пункта 2 по этому вопросу можно «расшифровать» следующим образом. За столом заседания находились указанные выше руководители партии и правительства и по очереди высказывали своё мнение. Постановление о создании Комитета государственной безопасности было в принципе согласовано, теперь подпунктом 2 решался вопрос «О людях», то есть о том, кого назначить на должности руководителей МВД СССР и КГБ СССР. Председательствующий тов. Маленков сразу предложил: «Круглова — на внудел», иными словами, считал возможным оставить его на должности министра внутренних дел. «Кого назначим на Комитет?» Тов. Хрущев предложил Серова и положительно охарактеризовал своего давнего сослуживца. Тов. Маленков согласился: «вызывает доверие», а первым заместителем к нему назначим Лунёва. Товарищи Ворошилов, Булганин и Микоян каждый «высказали своё мнение», суть которых в Протоколе не раскрыта. Тов. Каганович более определённо поддержал кандидатуру тов. Серова, считая, что «он больше будет связан с партийными органами», а «Комитет государственной безопасности — это отдел партийный». Тов. Маленков продолжил свое высказывание по кандидатуре тов. Серова и, в частности, отметил, что тот стал «нос по ветру держать, на партию». Из того, что произошло, «уроки должен будет свято извлекать». Тов. Булганин предложил «на замы к Серову» взять Ильичёва (генерал-лейтенанта, сотрудника военной разведки), поскольку «Панюшкин не подходит, слабый в аппарате». «С вызовом» в разговор встрял тов. Ворошилов: у нас уже есть «опыт с Пономаренко», который обещал: «всего себя отдам», а толку никакого. Тов. Маленков подвёл итог: предлагаю «проект решения о Комитете государственной безопасности принять». Тов. Каганович вновь вступил в разговор: есть «замечания по проекту: Комитет должен быть ближе к партии. Докладная о перестройке органов (имелась в виду приводившаяся в главе 28 докладная записка Круглова С.Н., Серова И.А. и Лунёва К.Ф. от 22 августа 1953 года «О результатах работы по укреплению кадров Центрального аппарата и периферийных органов МВД СССР». — Ю.Б.) — сухая записка. МВД после июльского пленума пассивно ведёт себя». Необходимо «сформулировать мотивировочный документ, что мы хотим от создаваемого Комитета государственной безопасности. Определить по существу, что мы ведём линию на вскрытие действительных врагов и хотим оградить честных людей и что чекист обязан докладывать свои данные партийным органам». Кроме того, должна быть обеспечена «охрана общественного порядка». Тов. Маленков согласился, что над таким документом следует поработать. Тов. Хрущёв сказал, что замечание тов. Кагановича правильное и предлагаемый документ нужен. В порядке самокритики добавил, что уже «шесть месяцев не можем собрать совещание работников МВД и МГБ». Тов. Микоян заметил: надо подумать о том, что такое транспортная милиция. Тов. Ворошилов опять выступил: «Слабовата там наша большевистская позиция». Тов. Булганин предложил дать слово самим претендентам на руководящие посты в МВД и КГБ. Тов. Круглов сказал: «Правильно, что меня определяете в МВД. Оправдаю доверие партии и правительства. Я партии предан». Говоря о своём заместителе Серове, «положительно охарактеризовал» его, но отметил «недостатки в характере, поведении». Серов «не всегда доводит взгляд до конца, более вдумчив должен быть». Сам тов. Серов заверил: «Постараюсь оправдать доверие». Затем, с повинной, несколько слов добавил «о себе»: «Не критически выполнял указания Берия, слепо выполнял. Безусловно, должен был пойти в ЦК и обо всём рассказать, но не сделал этого. Поспешность в делах у меня есть. Следовало бы некоторых работников из органов удалить, а то они всякие слухи распространяют». Тов. Каганович решил дать напутствие претендентам и, пользуясь случаем, сказать им всё, что о них думает: «Товарищи Круглов и Серов!» После июльского Пленума ЦК по разоблачению банды Берия «вы проявили пассивность, за душу чекистов не боролись». Сами в ЦК должны были прийти и обо всём доложить. Если возникли сложности, «почему совещание не просили созвать?» Сейчас не о «схематическом решении дело идёт», а «по существу», то есть о качественном изменении стиля работы. И теперь «характер меняется в сторону политическую». Персонально о каждом: тов. Круглов «на строительстве показал себя хорошо», тов. Серов является «опытным» специалистом, «ударником, имеет возможность оправдать доверие ЦК». Правда, «жидковат, но может уплотниться». «Высокой партийной и политической культурой обладал Дзержинский». Тов. Серову следует «завоевать такую культуру». Комитет государственной безопасности не должен «просто администрировать», а обязан «брать глубже» и иметь «высокий моральный облик». Тов. Суслов добавил, что «тов. Серов должен укреплять партийность», а то он слишком «ретиво выполнял указания Берия», даже «вызывал к себе секретарей обкомов». Свое напутствие решил дать и тов. Ворошилов: «Выделение Комитета государственной безопасности из МВД — важное дело. Тов. Круглову главное внимание надо обращать не на строительство, а на исправление людей». Теперь «относительно Комитета государственной безопасности». Тов. Серов «справится, если учтёт замечания». И всё-таки непонятно, «почему не отреагировали на решения (июльского 1953 года. — Ю.Б.) Пленума? Учитесь, как Дзержинский работал!». Надо «уметь ловить врага, уметь поставить организацию». Только с помощью ЦК тов. Серов это сможет сделать. Тов. Сабуров добавил: «Правильно сказал тов. Каганович. Если правильно нас поймут», всё будет нормально. «Исправительно-трудовые лагеря — это не просто название, это источник получения рабочей силы. Тов. Круглов должен сделать из этого вывод». Тов. Микоян эмоционально произнес: Что у нас творится, «за мелкие кражи — арест! Лагеря людей только портят». Ещё скажу «об общественном порядке в стране: есть города, в которых люди ночью боятся выходить на улицу». В отношении тов. Серова замечу, что у него будет много «общеполитических вопросов». Но он руководитель «принципиальный, идейный, партийный», хотя и «легковат». В своём высказывании тов. Булганин согласился с мнением тов. Кагановича. Посоветовал товарищам Круглову и Серову хорошенько подумать. Если они перестроятся, то «оправдают доверие». Тов. Серову это сделать будет труднее, правда, он «человек ударного порядка». Вот когда Берия оказался изобличён, вы почему-то «замкнулись». А «вам надо подняться на уровень крупного партийно-политического работника». Поменьше имейте «самообольщения, побольше обращайтесь за советом». Тов. Хрущёв согласился с мнением товарищей относительно предназначения МВД и добавил, что тов. Круглов — «честный и с радостью согласен» работать министром внутренних дел, «но не понимает задач», а потому «как начальник лагерей выступает: я строю…». Милицию надо иметь именно в МВД и уделять ей больше внимания, поскольку «есть факты», что милиционеры «стреляют в народ». Позаботиться надо об охране порядка на предприятиях, о пожарной охране. Следует обратить самое серьёзное внимание на вопрос «приёма граждан в милиции». В отношении исправительно-трудовых лагерей стоит, может быть, «вернуться к системе Дзержинского», то есть сделать в зонах маленькие «заводики, мастерские». Это может быть «большим делом». Теперь о тов. Серове, которого знаю по работе на Украине. Вёл он там себя хорошо, порой работал буквально за двоих. Но бывало, что вдруг «я узнаю о какой-нибудь бумажке из Москвы». Оказывается, «Берия докладывал» наверх. В общем, «устойчивости партийной не было». Резолюцию по рассматриваемому нами вопросу надо «ополитизировать». Тов. Маленков присоединился ко всему, что было здесь сказано, но ещё раз подчеркнул: «Речь идёт о большой перестройке». Затем обратился к товарищам Круглову и Серову: «Идите, помогайте партии». По дальнейшему контексту создается впечатление, что после этой реплики означенные товарищи удалились с заседания Президиума ЦК, и последующий разговор вёлся уже в их отсутствие. Тов. Маленков продолжил: Особенность Комитета государственной безопасности состоит в том, что он «таит в себе» две стороны: может приносить «пользу партии», но способен проявлять и «злоупотребление властью». Нам надо «дело так поставить», чтобы кагебисты «не злоупотребляли» властью. Центральному Комитету надо покончить и с таким явлением, когда «за характеристикой кадров мы обращаемся в МВД». В результате получается так, что «люди (работники партийного аппарата. — Ю.Б.) стали зависеть от МВД». Надо немедленно все кадровые вопросы «забрать в руки партии». Относительно Министерства внутренних дел скажу, что тов. Круглов в настоящее время ещё «не подготовлен» к новой работе, о чём здесь уже говорили. «Он должен крепко перестроиться», поскольку «лагеря — не наш идеал». И ему необходимо «по-новому перестроиться». Теперь «насчёт Комитета государственной безопасности». До сих пор внутри страны эти органы свои «взоры обращали на друзей, а не на врагов». После всего, что было, «какая же может быть любовь к органам» внутренних дел и госбезопасности? «От анонимок люди зависели». А вот во внешней разведке — «низкий уровень» работы, точнее говоря — «развал». Может быть, действительно «Ильичёва взять в заместители», а Лунёва поставить «на первого зама». Оба они будут «честно служить партии, не злоупотреблять властью». Итак, «в организационном отношении принимаем»: «товарищи Круглов, Шаталин (по линии МВД), Серов и Суслов, ещё Лунёв (по линии КГБ)» пусть «в пятидневный срок» представят свои «проекты с учётом состоявшегося обмена мнениями». Помимо этого пусть дадут предложения «о заместителях» и «представят структуру» своих новых ведомств. Вопрос «о ГУЛАГах» и «лесных» лагерях считаем решённым и «передаём их в МВД». Тов. Ворошилов вдруг спохватился: «Погранвойска почему в МВД? Это же настоящие войска». Но «старика» никто уже не слушал — началось голосование за кандидатуры руководителей МВД и КГБ. Тов. Булганин твёрдо сказал: «Чекиста надо». Лично я — «за Серова». Тов. Микоян (по записи в протоколе) проголосовал не то за Серова, не то за Круглова (зачеркнуто), но произнес про кого-то из них: «Близкий к партии». Тов. Каганович добавил в отношении одного из претендентов: «Ближе» и тоже проголосовал. Но выдвигавшийся на роль «серого кардинала» руководства партии тов. Суслов вдруг тихо произнёс: «Не всё хорошо у Серова. Предупредить его надо. Свысока к парторганизации относится». Тов. Хрущёв сразу же встал на защиту своего протеже и почему-то в качестве авторитетной ссылки вспомнил о чём-то давнем: «О Серове я говорил Сталину. Серов, конечно, тоже писал». Но что и кому — теперь вряд ли можно установить ход сбивчивой мысли Никиты Сергеевича. Тов. Первухин при голосовании занял такую позицию: «лучше Серова» нам всё равно никого «сейчас не найти». Конечно, он «грубый, начальника изображает, немножко подхалим». Но с этим придётся пока смириться. И тут выступил молчавший до сих пор тов. Шаталин, поработавший ранее примерно с месяц в качестве первого заместителя министра внутренних дел: «Я не голосовал бы за Серова. В аппарате отзыв плохой. Мало партийный, карьеристичный. Нос по ветру. Из Германии натаскал» себе барахла всякого. Но тов. Маленкову пора было закрывать затянувшееся рассмотрение вопроса, и потому он компромиссно сказал: «Доверять можно Серову» [103].