Читаем Серебряный ветер полностью

И еще одна главнейшая, определяющая черта поэзии Есенина – полная слитность с народной жизнью. Перед Есениным никогда не вставала проблема поиска пути к народу, не было необходимости специально изучать его, постигать «душу народа». И дело здесь не в происхождении поэта, не в обстоятельствах его жизни, не в природном знакомстве с реальными условиями, тяготами и лишениями крестьянской судьбы, хотя, конечно, кровная связь с крестьянской жизнью обогатила Есенина ее органическим, некнижным знанием.

Родная земля дала ему большее – народный взгляд на жизнь, наделила народной мудростью, теми представлениями о добре и зле, о правде и кривде, о счастье и несчастье, которые вырабатывались народом в течение столетий. Ему не надо было искать путей к душе народа – он сам по праву ощущал себя одним из ее носителей. Она жила в нем, была впитана со всем крестьянским обиходом родного села, с теми песнями, поверьями, частушками, сказаниями, которые он слышал с детства и которые были главным родником его творчества. Владел этим неоценимым богатством он свободно и непринужденно. Он говорил и пел теми словами, которыми поет народ. И его собственные стихи стали этой песней, песней нежной и ласковой, грустной и раздольной, вобравшей в себя все многообразие чувств и переживаний народа.

Только одно из ранних стихотворений назвал Есенин «Подражанье песне» («Ты поила коня из горстей в поводу…»), одно из последних – «Песня» («Есть одна хорошая песня у соловушки…») да еще «Песнь о собаке» и «Песнь о хлебе». Но, по справедливости, подобные заголовки он мог бы дать еще многим и многим другим своим стихам. И дело здесь не в том, что у него встречаются прямые реминисценции народных песен (их не так уж много), не в том, что во многих его стихах слышна мелодика народной песни, частушки. Он брал саму поэтику народного песенного творчества, ту первозданную красоту народного взгляда на жизнь, который с такой полнотой выразился в песне. Гоголь писал, что в русских народных песнях «мало привязанности к жизни и ее предметам, но много привязанности к какому-то безграничному разгулу, к стремлению как бы унестись куда-то вместе с звуками». Так и у Есенина: зримая вещественность мира, воспроизводимая в стихах, является не самоцелью, а – при всей живописности, глубине и меткости его наблюдений – лишь способом направить внимание читателя на самую суть живого.

О песенном складе стихов Есенина говорит даже название его первого стихотворного сборника – «Радуница». Нередко в критике это название связывалось с церковным праздником поминовения усопших. Но, думается, правильнее связать его с циклом весенних народных песен, которые так и назывались радовицкими или радоницкими, веснянками. Да и в самом сборнике нет и в помине никакого поминовения усопших, а брызжет через край весенняя озорная радость молодой пробуждающейся жизни.

Уже первые шаги Есенина в большой литературе раскрыли одну из характерных черт его духовного облика – редкую для молодого поэта независимость литературно-художественной позиции. Время Есенина пересекалось величайшими историческими событиями: Первая мировая война, революция, Гражданская война. Вместе со своей страной рос и менялся поэт, мужал его талант. За короткий срок он прошел необычайно яркий и своеобразный путь.

Жизнь сводила его с самыми разными литературными группировками, он участвовал порой в, казалось бы, несовместимых литературных объединениях, каждое из них, естественно, накладывало определенный отсвет на его произведения. Но эти внешние влияния, хотя и оставляли определенные приметы, не затрагивали коренных, глубинных основ его поэтического творчества и литературно-критических взглядов. При всей сложности идейно-художественного развития Есенина его творческий путь сохранял органическое единство и внутреннюю цельность.

В 1918 году, выпустив только два первых поэтических сборника, Есенин написал обширную теоретическую статью «Ключи Марии». С. Городецкий вспоминал об отношении Есенина к этой работе: «Из всех бесед, которые у меня были с ним в то время, из настойчивых напоминаний – “Прочитай «Ключи Марии»” – у меня сложилось твердое мнение, что эту книгу он любил и считал для себя важной».