Читаем Серебряное сердце полностью

— Приветствуем Подгорного Владыку, — мы поклонились.

Первыми вручили грамоты Норин и Нирель, — советник Владыки принял их и передал королю.

— Рад вас видеть, — пробасил доспех.

Дальше дело было за мной. Я выступил вперед, чем вызвал недоуменные взгляды придворных, они не могли понять, зачем один из людей вдруг снова выходит к престолу, когда грамоты уже вручены. Судя, по улыбке, из-под забрала, я понял ,что Торан уже в курсе, кто я такой. Я поклонился и продолжил:

— От имени Хранителя Древа Вечного Леса, я приношу свои поздравления Вам, Подгорный владыка. Также я хотел бы обсудить с вами взаимоотношения Вечного Леса и Подгорного Престола.

Гномы недоумевающе переглядывались, и тут я снял маску. Шок! Это по нашему! Некоторые, особо усердные, принялись тереть себе глаза: еще бы, живой эльф, под землей! А такие бывают? Мало по малу, зал успокоился, и Торан снова ответил, что рад меня видеть. Чувствую, что ждет меня еще и личная аудиенция.

Теперь, центром внимания стал я. Ну ничего, я улыбнулся, сейчас все поменяется. Зорн вчера посвятил меня во все тонкости церемонии посвящения в мастера у гномов. Хорошо, что особа королевской крови, которая должна задать вопрос, не описана, исключительно, как гном.

Я опять выступил вперед. Теперь на меня с удивлением смотрели все, кроме Зорна, естественно.

— Ваше Величество, — поклонился я Торану, — я, Вераэль дель Эльвенириалле, второй принц Вечного Леса, согласно 31 уложению Торина Первого, хочу внести на Ваше рассмотрение кандидатуру будущего мастера-кузнеца. Имею ли я это право?

Гномы разинули рты. Судя по всему, это уже для них оказалось слишком много: мало того, что эльф появился, так еще и в мастера кого-то хочет пропихнуть!

Король, нашелся буквально сразу, как же, положение обязывает:

— Э, принц, конечно имеете, в нашем уложении..э... описано, что это могут делать особы королевской крови.

Вот вам первую пилюлю, зазнайки! Я улыбнулся. Сейчас буду лечить вас второй пилюлей,

— Я вношу на рассмотрение совета старейшин, кандидатуру андора Зорна... — меня прервал открытый удивленный шепот, даже король был удивлен.

— А, уважаемый мастер, — раздался смешок, уже успел сотворить свой шедевр? — спросил кто-то из окружения короля.

Сейчас увидишь, морда, подземная, но вслух я сказал,

— Конечно! Сейчас Вы все, сможете оценить его искусство! — я кивнул Зорну.

Зорн молча вышел и достал из своего мешка то, что он ковал вчера ночью. Свою надежду!

Радуга заблестела в зале, переливы цветов, заставляли душу рваться вверх. Воздух принес нам тихую мелодию, мелодию чести, мужества, доблести и любви.

Все замерли. Зорн сделал два шага вперед, и встал на колено, протягивая молот отцу.

По щекам старого мастера-гнома побежали слезы. Именно мастера-гнома, а не короля. Ведь король оценит только красоту и смертоносность. А мастер видит все.

Король встал на колени и принял в свои руки подарок. Молот легко скользнул к нему. Торан встал и поднял его над головой. Вспышка света и гром грянули одновременно.

Все гнома-старейшины опустились на колени.

В воздухе витало одно слово: Мьёлльнир! Он опять вернулся к гномам! Души наших предков сейчас плачут от радости! Свершилось! Часть нашего бога опять с нами!

— Спасибо тебе, Мастер, — старейшины, по очереди подходили и кланялись покрасневшему Зорну, — спасибо!

Мы сидели и пили душистый заварной чай в моих покоях. Мне попался самый интересный вид из окна, потому компания все время проводила у меня. А Зорн, вообще, у меня поселился, ему теперь прохода не давали. Вот ведь незадача: то был "безруким недоделком", а теперь враз превратился в самую большую ценность подгорного народа. Как все зависит от точки зрения! На фоне этих всех событий, коронация Торана прошла как-то быстро и скомкано. Жрец Тора вышел, возложил на короля Венец Мастерства, древнюю корону подгорных Владык, и сказал, что избрание короля принято Тором. Надо будет разобраться с их легендами. А то я уже запутался, то Тор остался в погибающем мире, то он погиб в схватке с каким-то врагом, то часть его в молотке. Это они по привычке ему поклоняются?

— Отец говорит, что еле переубедил старейшин, от принятия закона, который обязал бы меня сидеть тут безвылазно, — вид у гнома был плачевный. Наверное, уже не раз пожалел о своей известности.

Норин похлопал его по плечу, — привыкай, андор. Работа у нас такая.

Странно вообще, Норин уже второй день серьезный ходит, на него не похоже. Неужто так проникся торжественным моментом? Надо всех срочно лечить! Кроме Йохана и Нирель. Им вообще все ... Торан выписал им пропуск в библиотеку, ограниченный конечно, и они все время пропадали там, разве что поесть приходили ко мне, и то не всегда. А со мной у Торана вообще интересно вышло.

Сразу же, после приема, король пришел в мои покои.

— Знаешь, Вераэль, — он устроился в кресле, около окна и смотрел в переливы подземной радуги.