– А в чем? – Он выждал несколько секунд, но Алира вместо ответа просто потянула его за руку, приглашая идти дальше. – Ладно, тогда я скажу. Мне нравится Мальва, в нее невозможно не влюбиться. Она самая веселая и щедрая девушка, какую я когда-либо встречал. Но она слишком свободолюбива, даже для меня, потому что я верю в одну-единственную любовь на всю жизнь, о которой пишут в романах. Кто знает, может, это ты? С тех пор как встретил тебя, я больше ни ночи с ней не провел. Нам просто нужно время. Только и всего. Совсем чуть-чуть.

– Мне осталось меньше лет, чем тебе, – произнесла Алира, глубоко тронутая его словами.

– Тогда не будем тратить их попусту, – заявил юноша. – И потом, это еще неизвестно. Мама была младше папы и рано умерла. Вывод – возраст ничего не решает.

– Но у нас не будет детей.

– А я и не хочу. Это должно быть взвешенное решение, а я еще не готов стать отцом. Не уверен, что имеет смысл растить детей. Я против того, чтобы приводить нового человека в мир, к которому сами толком не принадлежим. А так мы сами будем свободны и независимы. Я не рассказывал, что у меня семеро племянников?

– У тебя на все есть ответ!

– Так это всё? Мальва и дети? Ладно…

Алира обожала его манеры: он был честен и прямолинеен, весел и серьезен одновременно.

– Нет, есть еще кое-что…

Дело было в другом: не только во взаимных чувствах или в том, что они вынуждены встречаться тайно, сейчас и впредь ей не хватало смелости. Женщина окинула взглядом дом. Тот даже в темноте казался мрачным, грузным и внушительным. Как мечтатели могут жить здесь?

– У меня нет ответа, Алира, – понимающе произнес Дамер. – Мы из разных миров. Ты не свободна… но мы можем попытаться найти выход из положения. Я не хочу видеться с тобой только по ночам. Ты не согласна?

Алира знала, что мать никогда не примет Дамера и не позволит ему переступить порог особняка. Но мысль о том, сколько Элехии еще осталось наслаждаться жизнью, казалась чудовищной. Им нужно было самим принимать решения и нести за них ответ. Женщина представила себе жизнь в обшарпанном, неудобном, временном домишке Дамера, лишенном истории и памяти, и поняла, насколько сильны ее амбиции. Она желала всего и сразу, мечтала жить с Дамером в поместье. Но сейчас это было невозможно, и волей-неволей им пришлось бы встречаться тайно.

– Адриан обмолвился, что Дуния как-то раз сказала, что хотела бы исчезнуть, – она сменила тему, не в силах найти ответ на заданный вопрос, – но ему кажется, что она никогда бы не решилась. Но как это вообще возможно? Пропали ее документы и карты, которыми она не пользовалась. Наверное, она копила наличные… Может, пришло время сжечь мосты? Оставить все позади, начать жизнь с нуля? Ее последний пост на Фейсбуке гласил, что ей нужны перемены, что она хочет найти себя…

– А ты бы уехала? – внезапно спросил Дамер. – Если бы тебя выгнали, ты бы уехала со мной?

Алира тихонько вздохнула и сжала его ладонь в своих. Как она вообще могла на секунду поверить намекам Тельмы, что Дамер – вор? Юноша олицетворял собой насыщенную и настоящую жизнь, о которой она всегда мечтала, о таком она грезила с малых лет. В нем сочетались свет, чистота, прозрачности, свежесть и энтузиазм. Он мог спасти ее от гнета прошлого и провести в то будущее, что ей предназначено. Почему же он явился так поздно?!

На ум пришли слова одной из любимых песен. Там пелось о развенчании фантазий и мечты суровой правдой жизни, но ее завершали оптимистичные строчки, которые она особенно обожала: всегда можно найти силы, чтобы всё изменить.

– Я пойду с тобой, – заверила она, привыкая к тому, чтобы говорить открыто, а не просто бросать слова на ветер.

Она пообещала себе, что если нужно – она приложит все силы, расправит крылья и пойдет наперекор судьбе. Однако жизненный опыт подсказывал, что всё далеко не так просто.

23

VALENTINE LOST25

Eiríkur Hauksson

Пока весна раскрашивала землю всеми оттенками зеленого юной травы и листьев деревьев и пробудившегося на стенах плюща и наполняла воздух шумом воды, стекавшей с гор, и трелями пичуг, думы обитателей особняка Элехии делались все мрачнее. Дуния исчезла без следа; с какого конца браться за поиски, было неясно, подозревать – некого. А пока не обнаружили тела, не было речи о несчастном случае… или самоубийстве. Всем нужно было двигаться дальше, взвалив на свои плечи бремя такой тяжести, что они и представить себе не могли.

Однажды в середине мая, по дороге в поместье, Сезар размышлял, как сообщить Адриану личную информацию. Мужчина так и не смог забыть тот день, потому что он сильно повлиял на их дружбу. Когда работа задевает интересы близкого человека, самым сложным бывает объяснить почему. И даже если подвести под это логическую базу, его все равно поймут неправильно.