Читаем Сердце Тьмы полностью

Ирина вышла из океанария и заметила на противоположной стороне улицы неповоротливую фигуру Зинаиды Аполлинарьевны. Та, груженная множеством пакетов и сумочек, покидала крупный торговый центр. Зинаида подняла руку, чтобы поймать такси. Желтая машина затормозила перед ней буквально через несколько секунд, и профессорша, сначала всучив щуплому водителю все свои пакеты, погрузилась в недра автомобиля.

Ирина, пренебрегая правилами движения, бросилась на другую сторону улицы. Она не должна упустить Зинаиду, пусть Роберт думает что хочет, но появление Треухо-Ляпиной, да еще в компании с ренегатом Валерой, о многом говорит. Роберт не верит, что эта парочка замышляет преступление, а она просто в этом уверена. Иначе бы для чего они пожаловали в Эльпараисо?

Ирина подняла руку в надежде поймать такси, но, как назло, все желтые машины проносились мимо. У нее не было ни множества пакетов, ни величественной осанки профессорши, которая умела одним взглядом заставить автомобиль остановиться. Когда такси наконец замерло перед ней, было поздно. Ирина потеряла из виду машину с Зинаидой. Теперь она не узнает, где та остановилась. В отеле или сняла квартиру? Ну ладно, если судьба свела ее с профессоршей два раза, значит, будет и третий.

Дни быстро сменяли один другой. Наконец в пятницу, за день до намеченного ограбления, Роберт сказал:

— Нам нужно еще раз заглянуть в музей. Так сказать, провести генеральную репетицию.

Они снова оказались в Национальном этнографическом музее Коста-Бьянки. Роберта интересовал стеклянный купол, который венчал крышу здания. Он, задрав голову, внимательно рассматривал его.

— Ты что, намереваешься проникнуть в музей сверху? — спросила Ирина.

Роберт ответил:

— Если нельзя сделать это через подвал, значит, нужно попытаться через крышу. И тогда я сразу окажусь в зале, где располагается статуэтка. Не придется перемещаться по всем этажам. Но и здесь есть свои подводные камни…

Затем они прогулялись по залам, Роберт внимательно следил за полицейскими, которые охраняли покой музея, а также обращал внимание на противопожарные датчики.

— Ну что ж, теперь мне все окончательно ясно, — сказал он. — Завтра нужно как следует отдохнуть и набраться сил, а вот в воскресенье… В воскресенье, Ира, нам предстоит тяжелая работа. Ты к ней готова?

— Кажется, да, — ответила Ирина, хотя не была в этом уверена. Что будет, если их поймают? Русская писательница, которую подозревают в двух убийствах, находится в руках коста-бьянкской полиции по обвинению в попытке ограбления Национального музея… Ладно, будь что будет!

Суббота, полная тревоги, тянулась неимоверно долго. Роберт, словно не чувствуя ни малейшего волнения, спокойно предавался полуденному сну. Ирина же никак не могла найти себе места из-за терзавших ее мыслей. Ей казалось, что все, включая полицейских на улицах и портье в отеле, пронзают ее взглядами и читают ее мысли.

Она вошла в Интернет, чтобы узнать, что о ней пишут. Так и есть, Ирину Татищеву разыскивают русские правоохранительные органы, которые хотят допросить ее в связи со смертью супруга Олега Татищева. Французская полиция желает во что бы то ни стало задать ей вопросы касательно гибели профессора Иваницкого. А британские «бобби» уверены, что она никакая не писательница, а на самом деле представительница так называемой русской мафии, которая пошла на убийство горничной маркизы Блумсбери ради статуэтки дольмеков.

Ирина почувствовала себя героиней своего собственного, так и не написанного романа. А что, это вовсе не такая уж плохая идея. И каким только образом она оказалась замешана во всей это истории? Вот и не верь после всего в проклятие дольмеков…

Она почувствовала внезапное желание немедленно начать новую книгу. Неужели это приключение помогло ей преодолеть блокаду? То, что не смог сделать Андрей Кирьянов во время своих сеансов психотерапии, удалось Роберту. И понадобилось всего ничего — несколько убийств и участие в ограблении.

Значит, ее разыскивают. Ирина прочитала на сайте «Комсомольской правды» интервью с Лидией Петровной, которая уверяла всех, что не знает, где находится ее дочь, и отвергала возможность того, что Ирина причастна к преступлениям. Слухи тем временем множились.