Читаем Сердце Тайфуна полностью

– Сейчас ты удивишься, птичка, – хмыкнул я, отходя от девушки и снимая перчатки. – Встретим гостей, друг. – Хорхе тут же усмехнулся, бросив на Луизу какой-то непонятный взгляд.

– Я придушу тебя голыми руками, малец, если с ней что-то случилось, – грозный рык эхом пролетел по всему ангару, когда Фелипе Перес показался в дверях. Он оглядел меня, Хорхе, затем взгляд нашел Луизу, при этом ни одной эмоции не промелькнуло на его лице, и внимание снова вернулось к Хорхе. Мужчина небрежно махнул рукой в сторону дочери. – Развяжи ее, – бросил он, я кивнул, разрешая другу это сделать. – И чего ты добивался? Нас больше, мне будет несложно дать команду всех перестрелять.

– Не торопись, – отозвался я, – мой клуб ваши ребята нехило потрепали. А ведь недавно ремонт сделали.

– Позвал поплакаться?

– Договориться. – Едкая усмешка разлилась по лицу, когда слух уловил щелчок и шумный выдох Луизы. Фелипе глянул мне за спину, и я знал, что он сейчас там видел Хорхе, держащего девушку. И пистолет у ее головы.

Перес запустил руку под пиджак.

– Ты же видишь, что я безоружен. А за убийство детектива, то есть меня, конец и тебе. Уйдем в могилу вместе.

– Твоя взяла, но отпусти ее.

– Нет уж. – Я легко покачал головой, в глубине души радуясь, что все до сих пор шло по плану. – Бесстыдная птичка – гарантия моей безопасности.

Детектив. Детектив, мать вашу! Это только у меня одной вызывало подозрения? Какого черта мы сталкиваемся в церкви на холме, потом в клубе отец отказывается подписывать документы, а теперь я здесь, чувствую холодный металл у виска?

Это было не просто странно – уход Гонсалеса-старшего, мое скорое возвращение, Тайфун и все происходящее, – это было очень странно. Почему отец ничего не предпринимал? Почему только смотрел на все это?

А ведь я сразу почувствовала в нем что-то такое… слишком правильное для нашего мира. Он не похож на того Тайфуна, о котором все говорили. Этот вообще постоянно вспоминал о Боге и вере, словно одержимый. Неужели он отрицал все обычное, мирское? Но ведь при этом занимал место главы семьи, разве это не перечеркивало все его убеждения? Если нет, то либо он не так уж и религиозен, либо место отца  лишь прикрытие для чего-то более изощренного. И ни один из пунктов не внушал доверия. Гонсалес был темной лошадкой, появился из ниоткуда не так давно, служил в полиции, похитил меня, что, честно сказать, плюсиков в карму ему не добавляло.

Отец и Тайфун о чем-то тихо переговаривались, изредка взгляды направлялись ко мне, зажатой в тисках придурка Хорхе. Из-за него прическе пришел конец, туфли испачкались в грязи, а костюм придется отстирывать от едкого запаха топлива и грязи. Проще даже выкинуть.

Висок все еще холодил металл. Много неприятных воспоминаний. Слишком много. Почему я не могла вынырнуть из этого порочного круга? Почему Марии дали такую возможность, а мне нет? Только потому, что я старшая? Но наследство все равно уйдет брату, так какой смысл в этих отцовских стараниях?

– Жду завтра, у меня. Только ты и он, – громче обычного проговорил отец, кивнув в сторону Хорхе. Я дернулась, пытаясь выпутаться из стальной хватки мужчины, но он только сильнее прижал к себе. – И Луиза идет со мной.

– Нет, птичка все еще гарантия безопасности, – покачал головой Тайфун, растянув губы в хищной усмешке. – Я приеду с ней завтра. И никто ее не тронет, – уже более серьезно заметил мужчина, задрав подбородок так высоко, что на долю секунды мне показалось, что отец не сдержится. Видимо, так показалось и Хорхе, потому что ощущение впивающегося в кожу на виске пистолета стало сильнее.

– Идет, – сквозь зубы выдал отец, а на меня будто вылили ведро ледяной воды.

– Удивилась, птичка? – Тайфун с хищной улыбкой развернулся в мою сторону, пряча руки в карманы брюк. Возможно, если бы я не прогуливала тренировки по боксу, то оружие Хорхе могло оказаться в моих руках, а пуля из него вошла бы прямо в лоб Гонсалеса. Но я лишь усмехнулась, качнув головой.

– Чего ты ожидал? Семейных разборок? Ты получишь их только на моей могиле. Или я расскажу о них на твоей. – Хорхе хмыкнул в непозволительной близости от моего уха, заставив скривиться от отвращения.

– Не груби, Луиза, – влез отец и снова вернул внимание к Тайфуну. – Если хоть волос упадет с нее, твоя голова будет висеть на пике перед балконом ее комнаты. – Не знаю, от чего было противнее – от его притворной заботы, от мнимого сожаления или от мужчины, который все еще прижимался ко мне. Не сказать, что он несимпатичный, но с ним в одной постели я точно не захотела бы оказаться.

– Я знаю, что такое месть главы семьи, – в голосе Тайфуна прорезались какие-то стальные, жуткие нотки, будто он действительно знал, о чем говорил. Я же видела такую месть всего однажды, и это поистине зверское зрелище. Даже для меня, привыкшей к жестокости.

Отец на это лишь кивнул, а я снова почувствовала себя обделенной информацией. Какого черта от меня все еще что-то скрывалось? Что им всем нужно? Почему каждый использовал меня в своих целях, но никто не признавался, в каких именно?