Читаем Сердце шута полностью

– Хорхе, – ее пальцы скользнули на мою щеку, я дернулся, пытаясь отстраниться. – Утром я сказала, что хочу, чтобы ты остался. То же самое повторила ночью до этого. Может быть, это совершенно глупо, неправильно и опасно, но я не поменяла своего решения. Тогда, в кафе, я ушла, поверив твоим словам, – она на секунду отвела взгляд, будто пыталась найти смелость сказать что-то еще. – Но теперь знаю, что ты бессовестно лгал мне! – Ее ладонь опустилась на мою грудь и сжалась в кулак. Я был уверен, что она ударит меня, но Ана только нахмурилась, а мне захотелось улыбнуться и поцеловать ее. Да, я бессовестно лгал ей. Ради ее безопасности. Прямо как и сегодня.

– Я не могу позволить тебе остаться. – Реальность всегда забирала свое. – Сегодня вы чуть не погибли.

– Но ничего не случилось ведь.

– А если бы случилось? Ты должна уехать, должна думать о ребенке и безопасности, Анабель.

– Я никуда не уйду, я знаю, что в безопасности рядом с тобой. Я не куплюсь на твои слова! – Она все говорила и говорила, а я смотрел на вьющиеся волосы, длинные темные ресницы, пухлые губы, которые завораживали. – Ты слушаешь меня?! – Кажется, от нее не скрылась моя усмешка. Я сдался. Правда, не смог ее сдержать, как и свое желание ее поцеловать.

Ана удивленно охнула, когда мои пальцы запутались в ее волосах, но все же ответила на поцелуй, обхватив меня за шею.

Это лучший момент за весь день.

Может быть, лучше него только тот, в который я проснулся и увидел ее рядом.

– Я выбрала эту жизнь, выбрала тебя, – прошептала Анабель, немного отстранившись.

– Ты уверена? – тихо спросил я, проведя пальцем по бледной щеке, спустился к губам, снова боясь заглядывать в ее глаза. Вдруг бы там скользнуло сомнение?

Вместо ответа Ана привстала на носочки, прикоснулась к моим губам и опустила руки на плечи.

Ванная все наполнялась паром, горячая вода била по нам. Темные волосы Анабель намокли, с ресниц срывались небольшие капельки. Я не мог оторвать от нее взгляд. Анабель походила на мифическое существо, на фею, что заманивала путешественников в лес и с особой жестокостью убивала. А я и не против был пасть под ее чарами.

Напряженные соски касались моей груди, когда Анабель подавалась вперед. Мои руки блуждали по ее телу, прижимая девушку к себе. Ее тонкие пальцы очерчивали дорожки вниз по животу, обхватывали член, вызывая только одно желание – взять ее прямо сейчас, прямо здесь.

Я повернул Анабель спиной к себе, осторожно убрал распущенные волосы со спины на плечо. Целая россыпь шрамов украшала бледную кожу. Пальцы легко коснулись самого верхнего, у шеи, провели ровную линию, скользнули к следующему, а затем еще к одному и еще. Я делал все то же самое, что и она – изучал карту ее тела, как она прошлой ночью изучала мое тело.

– Ты так прекрасна, что у меня каждый раз перехватывает дыхание, – признался я, оставляя поцелуй на каждой белой полоске. Ана вздрогнула, но все равно прогнулась в пояснице.

Никогда бы не подумал, что способен на такие слова. Романтика всегда казалась мне бредом, самой настоящей тупостью, но сейчас почему-то необходимостью. Это именно то, чего она заслуживала. Намного большее, чем я мог дать. И я покрывал каждый сантиметр ее тела поцелуями, пока она не отстранилась, пока не заглянула в глаза с немой просьбой. Стало до жути жарко, я подхватил ее под бедра, она скрестила ноги за моей спиной, и я оказался внутри, ощущая тесноту.

Анабель уткнулась носом в мою шею, отзываясь на каждый толчок тихими стонами и изредка прикасаясь губами к моим плечам, оставляя отметки, словно собственную чертову подпись. И я бы соврал, если бы сказал, что мне это не нравилось. Напротив, каждый ее поцелуй отзывался еще большим желанием, возбуждением, удовольствием.

Я сжимал кожу на ее ягодицах, направляя, задавая темп и заставляя ее цепляться за мои плечи, оставляя красные полосы от ногтей. Иногда она поднимала голову, подолгу рассматривала меня, но неизменно карие глаза закатывались от удовольствия, Ана прикусывала губы и снова утыкалась в мою шею носом.

Это было неожиданно, совершенно случайно и ощущалось жутко интимным. Она знала, что я врал ей, лишил права выбора, но все равно осталась. Все равно целовала, отзывалась на прикосновения, все равно смотрела затуманенным взглядом, от которого сносило крышу. И, когда она еще раз закатила глаза, вцепившись в меня сильнее прежнего, я поклялся себе никогда больше ее не отпускать.

Два часа назад

Осознание приходило медленно, намного медленнее, чем дождь ударял по голове, и намного медленнее взвивающегося в небо дыма. Просто горящий дом, просто обнимающий меня Хорхе, просто Мартина где-то. Кажется, я поняла все в полной мере, только когда машина остановилась около дома Аарона, а Луиза кинулась в нашу сторону прямо под дождь.

Я машинально обняла ее, отдала Генри и вошла в дом, в котором была уже сотню раз.