Читаем Сердца во тьме полностью

Одной рукой Каден обхватил ее за челюсть и потянул голову вправо. Затем он потребовал ее рот, посасывая губы и исследуя его языком. Макенна позволила ему руководить, как он и любил управлять ситуацией. Каден вовсе не был груб, но он взял то, чего хотел. И она желала отдать ему все.

Макенна протянула руку и схватила его за бедро, ее пальцы спускались дальше, чтобы сжать его задницу. Затем, чтобы только убедиться, что ее намерения были ясны для него, она схватила его за задницу и потянула к себе. Макенна поглотила его стон, когда их поцелуи стали более нетерпимыми, более отчаянными.

Когда Каден согнул колени и поводил бедрами об ее задницу, то она вскрикнула – звук, который он растянул благодаря массированию ее груди и потиранию соска снова и снова подушечкой своего большого пальца.

Спустя несколько минут, которые они корчились друг напротив друга в крепких объятьях сильных рук Кадена. Его теплые влажные поцелуи стали томными и головокружительными. Его учащенное дыхание и хриплые стоны позволили ей понять язык тела, и она желала слышать их снова и снова.

Ее руки тряслись от необходимости прикоснуться к нему. Наконец, она высвободила руку и обхватила его за затылок так, что у нее появилась возможность ободряюще погладить его. Он правильно распознал ее движения. Его поцелуи стали быстрее и жестче.

Когда его губы переместились к ее челюсти, а затем к уху, то ее горло и грудь напряглись, а тело изнывало от желания.

- Пожалуйста, - наконец умоляла Макенна.

Она попыталась повернуться в его объятьях, но на мгновение он сжал ее еще крепче. Но потом Каден уступил, ослабевая свою хватку достаточно для того, чтобы она смогла развернуться. Макенна застонала от облегчения, когда смогла полностью обхватить его за шею и прижать к себе. Он держал ее в ловушке рядом со стойкой, но она упивалась его напряженным прессом, поскольку это позволяло ей мучить его очевидное возбуждение, толкаясь бедрами и извиваясь животом.

Его руки прокладывали дразнящий след от груди по бокам ее талии к бедрам, и обратно. Она извивалась от его прикосновений и нуждалась в большем. Она желала его ощутить на своей коже.

Макенна отвела руки и нащупала край своей футболки. Он прижал свое тело к ней так близко, чтобы позволить им соприкасаться и снять футболку. Она уронила ее на пол с облегчением, почувствовав, как его большие руки исследуют ее кожу с таким энтузиазмом.

Каден перевел взгляд на то место, куда она только что открыла ему доступ. Макенна покраснела от пристальности его наблюдения.

- Оу, Рыжая, ты очень красива.

Сердце Макенны екнуло от услышанных слов. Ее уверенность в своей заурядности, которую возможно она все еще таила в глубине души, исчезла полностью от его возглашения.

Он опустил голову к ее груди и начал облизывать, покусывать и целовать всю кожу вдоль края ее кружевного лифчика. Когда Каден щелкнул своим напряженным языком по ее соску, покрытым лифчиком, то его руки потянулись ей за спину. Ее лифчик свободно упал в их руки, и вскоре присоединился к футболке где-то на полу.

Стон Макенны был громким и нуждающимся, когда он обхватил ее грудь и чередовал сосание сосков. Ее руки поднялись к его голове. Она прижала Кадена к себе, когда выгнула спину, чтобы предоставить ему лучший доступ. Его рот сводил ее с ума. У нее никогда не было кого-то, кто бы уделял такое внимание к ее груди, и она конечно же никогда не чувствовала себя настолько слабой и живой от этого.

Макенна провела рукой вниз по спине и сжала его черную рубашку между лопатками.

- Снимай, - потребовала она, когда потянула ее.

Он нагнулся, но его губы все еще жадно пожирали ее соски, и убрал свой рот от нее только, когда потребовалось скинуть рубашку прочь.

- О, Боже, – прошептала она оценивающе, поскольку ее глаза разглядывали его широкую грудь.

Там было больше, чем она увидела в лифте. Большая трайбл татуировка взвивалась по его левой стороне живота, сопровождаясь красивой распущенной желтой розой на его левой груди. Дракон взревел на его правом предплечье, но затем кожа была без тату, пока ее глаза не наткнулись на самую вершину бицепса, где располагался красный с четырьмя заостренными концами значок с крошечным пожарным гидрантом, крюком и лестницей, окружающий золотой номер семь. Его загорелая кожа, показывала как много времени, наверно, он провел без рубашки под летним солнцем и тем самым яркие цвета его татуировок выделялись еще больше.

Ее первоначальное впечатление было настолько правильным – он чертовски великолепен. Она желала исследовать каждый сантиметр его тела, проследить каждую накаченную мышцу и каждую татуировку своими пальцами и языком.

Рот Макенны направился прямиком к розе. Ее руки сжали его накаченные мышцы по бокам. Каден запустил пальцы в ее волосы и прижал Макенну к себе. Ее язык пробежался по краю одного из нижних желтых лепестков, прежде чем потянуться и обрушиться на его сосок, который располагался на уровне ее рта.

- Так приятно, - выдохнул он. Каден оставил поцелуй на ее волосах.