Читаем Сэр Генри и черт полностью

Наступила ночь. Луна прыгала в чёрных тучах, волны с грохотом били в корабельные доски. Ванты скрипели, огни святого Эльма голубыми языками мерцали на реях, сэр Генри неподвижно стоял, раскачиваясь вместе с рубкой, на фоне чёрного неба, а голоса пиратов не смолкали, в тысячный раз повторяя:

Но где-то есть иные области,

Луной мучительной томимы,

Для высшей силы, высшей доблести

Они навек недостижимы.

И дружным криком заканчивали:

Пьянство и чёрт сделали своё дело!

Пятнадцать человек на ящике мертвеца

Йох-хох-ох, йох-ох-ох

И бутылка рому.

Через три дня "Король морей" бросил якорь у берегов чудесного острова, имени которого я не знал. По упругому трапу мы сошли на песок.

Я в изумлении остановился. Такой прозрачности и чистоты я ещё нигде не видел. Воздух как будто бы отсутствовал. Самые отдалённые предметы не теряли подлинности своих красок сквозь расстояние. Вода вокруг острова была изумительного фиолетового цвета, и дно просвечивало сквозь неё салатно-шелковой подкладкой. Огромные дубовые столбы, увенчанные медными птицами, были вбиты в дно у самого берега. На всём песчаном острове не было ни одного дерева. Посредине пестрел базар. Здесь под лёгким холстом навесов и под зонтиками были расставлены струганые дубовые столы. На столах кипели ослепительно начищенные самовары и осколками битого мрамора лежал сахар. Огромные золотые хлеба заставляли гнуться доски столов, и ярко-жёлтые лимоны горели в стеклянных банках. Хрустальный ключевой кипяток лился из самоварных кранов в прозрачные, как воздух, стаканы, но пар отсутствовал, и женщины в белых бретонских чепчиках делали бутерброды. Я был страшно голоден, но стоял в нерешительности перед чудесной снедью, не зная, в какой стране я нахожусь и можно ли что-нибудь купить за деньги, привезённые мною из Осаждённого города.

Тогда, отделившись от толпы, ко мне подошёл некий моложавый старик в деревянных башмаках и, почтительно сняв шляпу,сказал:

- Брат мой, если вы голодны, пейте чай и ешьте. Всё, что вы видите, к вашим услугам.

- Благодарю вас,- ответил я,- но я нахожусь в затруднительном положении, потому что не знаю, действительны ли у вас деньги, привезённые из Осаждённого города.

- Деньги? - удивился старик.- Я не знаю, о чём вы говорите. Если о тех бумажках и кружочках, которые так бережно носят на груди матросы с вашего брига,- то это не нужно. На нашем острове каждый голодный подходит к столам и ест столько, сколько ему нужно для утоления голода. А этого у нас и без того сколько угодно,- прибавил старик, презрительно показывая деревянным башмаком на песок.

"Это безумие!" - хотел воскликнуть я, но мой взгляд упал на песок острова, и я побледнел от счастья. Так вот зачем привёз меня сюда добрый капитан Генри! Песок был из чистого золота.

Придя в себя от изумления, я взглянул на моложавого старика. Он был тоже бледен и, сдерживая волнение, смотрел на мои высокие запыленные сапоги.

- Брат мой,- начал он в смущении прерывающимся голосом.- Брат мой, простите мою дерзость, но не позволите ли вы взять с ваших сапог немного этой драгоценной земной пыли? У нас на острове её совершенно нет, а ведь это очень редкая и драгоценная вещь...

- Ради бога! Возьмите сколько угодно,- забормотал я в смущении.

Сейчас же меня окружила толпа обитателей странного острова. Припав к моим ногам, мужчины и женщины с жадными лицами стали осторожно собирать с моих сапог пыль, дрожа и волнуясь, заворачивая её в тонкую бумагу.

- О, дайте нам вашей пыли,- говорили они певучими голосами, в которых звучала смертельная тоска.- О, дайте нам вашей земной пыли, ведь на нашем проклятом острове нет ни единой пылинки, ни единой пылинки. Ах, как невыносимо скучно и пусто без пыли. Дайте нам хоть щепотку пыли из Осаждённого города.

А я забыл голод и не мог отвести глаз от огромного количества золота, рассыпанного вокруг. Через минуту на моих сапогах не было ни одной пылинки. Тогда я сказал:

- А вы, позволите ли вы взять с собою немного песку с вашего Острова?

- О добрый друг,- раздались голоса обитателей Острова.- Берите нашего песку сколько угодно, и да будет с вами мир.

В этот миг прозвучал голос капитана Генри:

- Скорей собирайтесь, друзья, больше оставаться на берегу нельзя ни минуты. Сейчас начнётся отлив, и мы рискуем посадить корабль на рифы.

Пираты с брига торопливо втаскивали на корабль мешки, набитые золотом. Паруса распускались. Белая круглая магнитная луна всплывала над морем.

Сэр Генри бросил мне мешок и сказал:

- Поторопись, дружище. Сейчас мы снимаемся. На первый раз этого вам хватит.

Сдирая с пальцев ногти, кусая губы, я стал набивать мешок золотым песком и едва успел, надрываясь под непосильной ношей, шатаясь, взойти по трапу, как якорь подняли.

Страшная буря разыгралась в эту ночь в океане. Мачты валило. Порыв ветра сорвал у меня с головы пиратский флаг, и из уха хлынул зловонный гной, пахнущий крысиным гнездом.

Потом наступило небытиё.