Читаем Сэр полностью

Она была как крэк. Давала мне кайф… мощный, всепоглощающий кайф. Была чертовым наркотиком. Наркотиком, который был рядом со мной, который никогда меня не подводил, никогда не говорил мне вернуться в строй. Она позволяла мне погрузиться в раздумья, подталкивала меня к реакции, и мне чертовски это нравилось.

Это заманчиво… она чертовски заманчива, чтобы вернуться к этому.

Вот почему это было ошибкой.

— Я хочу, чтобы ты уехала, — наконец холодно произношу я. — Заканчивай съемку и проваливай, Нина. Ты исчерпываешь гостеприимство, и я не против вышвырнуть тебя, если это, блядь, потребуется.

— Но ты сказал…

— Я не помню, что любил тебя, Нина, — горячо перебил ее. — Если когда-либо и чувствовал что-то подобное, то, должно быть, лгал. Сейчас я этого не чувствую и уж точно никогда не почувствую.

Она начинает всхлипывать, а я просто не могу заставить себя переживать об этом.

Либо я прав в своих чувствах, либо самый хладнокровный ублюдок в округе.

Неважно. Я слишком апатичен, чтобы переживать об этом.

Дверь внезапно распахивается. Я поворачиваюсь, все еще поправляя галстук, когда вижу, как в комнату возвращается Айви. Мои движения замедляются. В ее движениях нет грации, когда она останавливается как вкопанная и смотрит прямо на меня. Она тяжело дышит и дрожит. Ее глаза широко распахнуты, а лицо красное.

— Тебе нужно выгнать эту суку из своего дома, — кипит она. — Ей нужно проваливать… сейчас.

Казалось бы, после такого требования время должно замедлиться, но нет, нам не так повезло. В комнату врывается Нина, размахивая сигаретой перед лицом Айви.

— Да кем ты, черт возьми, себя возомнила? — пронзительно кричит она.

Айви игнорирует ее. Ее взгляд прикован к моему.

— Ей нужно уйти, мистер Уэст, — медленно повторяет она.

— Это тебе нужно убраться отсюда нахрен, — кричит Нина.

— Она манипулирует тобой, — продолжает Айви, когда Нина встает у нее на пути, не давая мне смотреть на нее.

Нина тычет ее в плечо.

— Ты, шлюха из трейлера, кем ты себя, черт возьми, возомнила…

— Не прикасайся ко мне, черт возьми, — шипит Айви. — Иначе выбью из тебя все дерьмо, сука. Я, блядь, умею драться, так что, если хочешь получить синяк под глазом для своей следующей фотосессии, испытай меня.

Нина испуганно ахает, а затем оборачивается и кричит на меня.

— Эйдан, ты это слышишь?

О, я, блядь, все прекрасно слышу. Месяцы никто не объяснял мне, что, черт возьми, происходит. Месяцы я расспрашивал людей, которые приходят и уходят из моей жизни…

Я роюсь в своих мыслях, не сводя глаз со своей новой ассистентки.

— Вы не просто так позволили ей уйти, мистер Уэст, — добавляет она. — Решать вам, но меня здесь не будет, если она останется.

Затем Айви уходит, а Нина уже лежит на полу, скорчившись, слезы текут по ее лицу, когда называет Айви лгуньей, гребаной лгуньей, самой большой лгуньей на планете.

Но дело в том, что я ей верю.

Я верю этому голубоглазому дьяволу.

7

Айви

Вот. Я сделала это. Дело сделано, а мое сердце все еще колотится в груди. Я вернулась в его кабинет и меряю шагами комнату, потому что до смерти боюсь, что совершила ошибку. Но это правда. Я не смогу быть здесь, если эта сучка тоже будет здесь. Не могу находиться с ней в одном помещении и видеть, как они снова вплетены друг в друга.

У меня разбито сердце.

Мне больно.

Я даже не успеваю успокоиться, когда открывается дверь, и входит он. Я совсем не готова. В комнате внезапно начинает не хватать воздуха. Я опускаю взгляд, чувствуя смесь страха и предательства. Делаю несколько быстрых вдохов, приказывая себе успокоиться.

Мы смотрим друг на друга.

Его взгляд твердый, мои глаза широко распахнуты.

Он выглядит спокойным, а я дрожу как осиновый лист.

Как ты мог пустить ее в свою постель? Но я не говорю этого. Просто смотрю на него, и чувство боли нарастает.

— Не хочешь рассказать мне, что это было? — спрашивает Эйдан, останавливаясь в дверях и глядя на меня.

Дерьмо.

Я делаю глубокий вдох.

— Она использует тебя…

— Почему тебя беспокоит то, что происходит с Ниной? — перебивает он.

— Как я уже сказала, это часть моей работы — следить за тем, чтобы ты не тратил свое время впустую…

— Нет, — снова перебивает мужчина. — Нет, мисс Монткальм, это оправдание не сработает.

Я выпрямляюсь, крепко сжимаю руки и быстро добавляю:

— Стивен очень заботится о вас.

Теперь он замирает.

— Стивен подговорил тебя на это?

Я киваю. Прости, Стивен.

— Да.

Это довольно дерьмовое оправдание, но оно может сойти, если я буду держать себя в руках.

Он изучает меня, ожидая, что я что-то скажу, и все, что я могу сделать в этот момент, — это представить его губы на губах этой сучки, его член внутри другой женщины, и мое сердце медленно замирает. Смотрю на него в ответ, как на незнакомца. Я опустошена внутри. Это не то, на что я подписывалась. Увидеть его с другой женщиной никогда не входило в мои планы. Я бы не приехала сюда, если бы знала.

— Я не нуждаюсь во вмешательстве Стивена, — отвечает Эйдан, хмурясь. — Я разобрался с ней.

— Разобрался?