Читаем Сенсор (СИ) полностью

Пройдя в помещение точки прокола, в углах которого стояли громадные кристаллы розоватого цвета, сквозь которые всё было прекрасно видно, я посмотрел на профессора Северова. Пожилой мужчина с намечающейся лысиной, худощавый и жесткий. Взгляд учёного больше подошёл бы военному, нежели научному деятелю. Да и поведение серьёзно отличается от того, что свойственно научникам. Напрочь отсутствует этакая вальяжность и чувство собственного превосходства. Учёный действительно выделялся на фоне своих коллег. Никаких пространных разговоров, сыпанья терминами или иных свойственных им действий, призванных отделить их от окружающих смертных и возвысить над ними… Все беседы, если это не дружеские посиделки, проходят на человеческом языке, никаких пространных размышлений – только практика. И дисциплина. Профессор ненавидел любые отклонения от распорядка. В этом он был похож на военных. В какой-то мере мне это даже нравилось. Сам я не был гением – обычный среднестатистический человек, выделяющийся на общем фоне лишь за счёт способностей. Тоже не самых сильных… Если говорить об их открытой для общества части. Я же не идиот сообщать о том, что уже давно владею телекинезом, энерговампиризмом и зачатками менталиста? То-то. Бывают случаи, когда лучше промолчать. Да и не стоит светить золотом, если у окружающих в кармане медь. Особенно в России.

-Доброго дня, профессор. Что у вас случилось?

-Лёша! У нас был проблема, но мы её уже решили, - улыбнулся Северов, обернувшись, - Кстати, добрый день, - добавил он, пожав мне руку, - С этими нервами и суетой и уже начинаю забывать о постоянном этикете.

-Так все же? Что с кристаллом?

-Ничего особенного, - махнул рукой учёный, - Его неправильно установили, в результате чего нарушилась калибровка. Сейчас проведём повторную установку.

-Хорошо, - кивнул я, хотя у самого внутри все сжалось в тугой комок, - Профессор…

-Что, Леша?

-Вы доверяете чутью сенсоров?

-Да, - коротко ответил учёный, резко развернувшись ко мне, - Что-то случилось?

-Пока ещё нет, но… Случится. Мои способности об этом говорят четко. Возможно, что сегодня кто-то умрёт.

Учёный несколько минут обдумывал мои слова, после чего произнёс:

-Если хочешь, можешь ехать домой… Но мы проведём эксперимент. Разве что меры безопасности усилим. На нас давят из министерства. Военным нужны технологии другого мира. Особенно, их интересует космическая сфера и оружие.

-А вы уверенны в том, что локационный эксперимент был удачным?

-Да… У них большая часть галактики заселена. При этом имеет место постоянный поток космических кораблей между звездными системами. Это наше оборудование засекло.

Как им это удалось, я не спрашивал. Эксперимент «Лоция» проходил до того, как меня перевели из действующих частей сюда – в научный корпус. Вести разговоры о засекреченных операциях в нашей работе глупо и… недальновидно.

-Нет. Домой я не поеду, - покачал я головой.

Покинуть «Объект» во время эксперимента, да ещё и того самого, к проведению которого ты причастен… Если тут что-то произойдёт, то мне будет куда легче повесится. Служба безопасности меня на куски порвёт.

Спустя час мы заняли свои места. Миша Лавров находился в кресле, зафиксированный и накачанный препаратами, усиливающими способности сенсоров, на стендовой площадке, по углам которой стояли монокристаллы.

-Запускайте сеть, - распорядился Северов, - мощность увеличивайте шагом в десять процентом с паузами в восемь секунд. По достижении тридцати процентов подключайте кристаллы.

«Логично, - подумалось мне, - Лучше не рисковать, давая на сеть и кристаллы полную нагрузку в первые же секунды, а увеличивать их постепенно, чтобы в случае выявления каких-то проблем, успеть всё отрубить.»

Однако, то что произошло далее, навсегда отпечаталось в моей памяти. В момент подключения кристаллов к резонационным установкам, один из них пошёл трещинами, из которых начал проступать свет.

-Выключайте системы! – крикнул Северов, - Немедленно!

В голосе учёного не было паники. Он четко представлял, что нужно сделать для предотвращения трагедии. Однако, его знания оказались бесполезны. Выключение энергии ничего не дало. При этом остальные кристаллы точно так же начали покрываться сетью трещин. Их тех камней, что создавали частоты нашего мира, лился ровный зеленоватый свет. А вот из двух других… Нечто тугое, переливающееся, от белого до черного, в промежутке между которыми было невообразимый танец оттенков, главным из которых оказался алый.

Затем я понял, что не могу пошевелиться, а мои тонкие тела начали рваться на части. Тугая боль, острая, как нож, ощущаемая не физически, а духовно, но отражающаяся в физическом мире, скрутила нервы. Сместив восприятие в тонкий слой, я ужаснулся. В стендовой комнате была воронка, засасывающая сущности людей. При этом, те, кто находился в своих физических телах, получал жесточайшие повреждения. Многие погибали во время этого процесса.